— Кажется, говорил что-то про перестройку и улучшение городка, но я не вникала в подробности, — легкомысленно махнула рукой Ханна и, глянув на настенные часы, начала собираться. — Ой, точно, мне пора открываться. Это, кстати, тебе.
Цветочница вдруг вынула из кармана слегка помятый горшочек с кактусом и гордо поставила его на столик.
— Еще один, — уныло констатировала Алисия, косо глянув на подоконник, где таких стояло уже с десяток. Правда, по словам Ханны, все они отличались формой иголок, но фея этого упорно не видела. — Слушай, принеси в следующий раз фиалку, мне они больше нравятся…
— Фиалки у тебя засыхают, — фыркнула Ханна. — А вот кактусы приживаются, что интересно. Ты какая-то неправильная фея. Обычно там, где вы, вокруг цветы сами распускаются, а с тобой только кактусы цвет набирают и иголки отращивают. Так что не спорь! И не зевай, дорогая, смотри не попади под чары этого незнакомца в шляпе, который даже не представился.
— Не попаду, — заверила подругу фея, а сама подумала, что ей, наверное, тоже не мешает обзавестись оберегом.
***
День пролетел быстро. За окном было ветрено, сумрачно и дождливо, и немногочисленных прохожих тянуло в лавку феи, словно мотыльков на свет. Просто там было тепло, вкусно пахло лавандой и шерстью, а еще всем срочно понадобились шарфы, которых у Алисии продавалось в избытке.
— Девушка, а есть ли у вас что-нибудь подходящее к моему плащу? — строго поджала губы госпожа Аурелия Флинт, местная учительница истории. Фея не раз замечала, что горожане стараются обходить эту даму стороной, а если уж и сталкиваются, то вытягиваются по струнке, чопорно кивают и смотрят на нее с таким ужасом, будто мысленно пытаются вспомнить все значимые исторические даты и готовятся отвечать у доски. Интересно, как она ладит с детьми.
— Конечно, — озорно улыбнулась фея, оглядев строгий черный плащ гостьи. — Думаю, вам подойдет этот комплект. Перчатки и шарф. Черные. Простая лицевая гладь. Никаких замысловатых узоров.
Учительница внимательно посмотрела на предложенные вещи, и строгое лицо немного разгладилось, а тонкие губы дрогнули, словно женщина едва сдерживает улыбку. Ей понравилось, но она ни за что не признается.
— Про ваш магазинчик много всего говорят, — произнесла она наконец, блеснув холодными голубыми глазами, но комплект в руки все-таки взяла.
— Например? — хмыкнула Алисия. Ее вряд ли чем-то можно было удивить, но все же…
— Будто вы обладаете даром наделять вещи особыми свойствами, — пожала плечами Аурелия, всем своим видом показывая, что не верит слухам. — Я не против магии, коль у кого-то она есть. Но артефакты не особо люблю. Так что прежде, чем заплачу, ответьте: что не так с этим шарфом и перчатками?
— О, с ними все так. — Фея склонила голову набок и прищурилась, вспоминая, о чем она думала, когда вязала именно этот комплект. — Точно. Они согреют в любое ненастье. И заставят вас улыбнуться.
— Я улыбаюсь только тогда, когда мой ученик без запинки цитирует весь учебник, — хмыкнула госпожа Флинт, и фея внутренне содрогнулась.
Как хорошо, что она здесь не училась. Впрочем, комплект учительница оплатила, даже добавив одной монетой больше. И шарф накинула, перед тем как выходить на улицу.
— Носите с удовольствием, госпожа, — бросила ей вслед Алисия и добавила тихонько, чтобы она не услышала: — Да пребудет тепло и в вашем сухом сердце, Аурелия Флинт.
Учительница не попрощалась, но фея-то знала, что скорее всего она улыбается, довольная покупкой.
Вслед за Аурелией зашел высокий худощавый мужчина средних лет, Алисия не сразу вспомнила его имя. Кажется, господин Твинкл, он директор нотариальной конторы в конце улицы. Вон какой уставший, с синяками под глазами, дрожащими руками. Офисная работа, она такая.
— Чем могу помочь? — дружелюбно улыбнулась фея.
— Говорят, вязание успокаивает, — задумчиво произнес гость, и его веко нервно дернулось. — А вы вроде как открываете свой кружок…
Фея вздохнула.
— Вообще-то клуб. И правильно говорят. А вы уже умеете вязать? Или просто хотите записаться?
— Не умею. Хочу. Там же вроде ничего сложного, — дернул плечом мужчина, и Алисия еле сдержала улыбку. — Сиди да втыкай спицы в нитки, вытягивая петельку. Петелька за петелькой, глядишь, и засну нормально. После сотой.