Глава 5
- У вас пополнение что ли в штате? – спросила Наталья, собирающуюся на сутки Марину.
- С чего ты взяла? – как можно беззаботнее отозвалась Марина.
- Ты третий раз подходишь к зеркалу, поправить идеальную косу, - прищурив глаза, произнесла Наталья, - такого раньше за тобой не водилось. В глубине души ты все ж таки разумная женщина и поэтому я надеюсь, что с заключёнными ты связываться не станешь, вот и думаю, что появился кто-то новенький среди сотрудников вашей захудалой колонии.
Марина стояла молча, опустив глаза.
- Так, - протянула Наталья, - Ростовцева, это что сейчас за молчание? Ну ка в глаза мне посмотри.
Марина подняла на подругу виноватый взгляд. Наташка выпустив воздух из лёгких, присела на тумбочку прихожки, под вешалкой с одеждой.
- Твою мать, Марина, как так-то?
- Наташ, - виноватым голосом произнесла Марина, - я не знаю как так получилось, я его глаза увидела на фотографии, карие, как у Ники, у меня будто рассудок помутился, дальше как в тумане, - путано объясняла Марина.
- Стоп, стоп, - ошарашенно прервала Марину Наталья, - ты хочешь сказать, что один из заключённых в твоей колонии – это отец Вероники, и ты снова с ним переспала?
Отвечать Марина не стала, какой смысл.
- Что делать думаешь?
- Не знаю, я его после этого не видела, у меня отсыпной был, в пятницу и субботу я не дежурила, дела делала в кабинете. Может он ничего не помнит, он же под препаратами.
- Марина, ты врач или где? А вдруг он болеет чем? А если помнит и шантажировать тебя начнёт?
Марина снова пожала плечами.
- Чего гадать, сегодня пойду и узнаю.
Сказать, что Марина волновалась, не обозначить даже сотой доли ее чувств. Ее трясло от страха. Смену ей передавал все тот же фельдшер, только сидели они уже у неё в кабинете.
- Стрельцов отошёл, ты посмотри сама, можно ещё сегодня-завтра подержать и в камеру.
- Хорошо, - сдавленным голосом произнесла Марина, - что по остальным?
- Все стабильно, двое поспорили, один хотел другого заточкой отоварить, но только сверху поцарапал, я шить не стал, так обработал.
- Хорошо, я к обеду посмотрю.
Марина перекладывала бумаги в кабинете, писала истории, сходила осмотрела пораненного, вообщем оттягивала момент встречи с Макаром как могла.
Тянуть бесконечно было невозможно, капельницы отменили, поэтому следовало выдать Макару таблетки.
Марина взяла препараты и отправилась к Стрельцову.
Макар сидел на кровати, при ее появлении он резко убрал что-то под подушку. Марина прошла к столу, начав перебирать дрожащими руками блистеры с таблетками.
Макар молчал, прожигая пристальным взглядом ее напряженную спину.
- Макар Артёмович, - Марина запнулась, - Макар, я, - сглотнула, - таблетки принесла, надо выпить.
Повернулась к нему, держа в руках стакан с водой и несколько таблеток.
- Макар Артёмович, - ухмыльнулся Макар, - надо же, не заключённый Стрельцов, а, товарищ доктор?
Макар встал и нетвердым шагом направился в сторону Марины, продолжая прожигать ее взглядом.
У неё от этого сканера подкашивались ноги, грозя превратить ее тело в бесформенную лужу у его ног.
Макар подошёл ближе, притягивая Марину к себе за руку, в которой были зажаты таблетки.
- А ты со всеми такая добренькая, Марина Витальевна, или только для меня сделала исключение?
Эти слова больно обожгли внутренности Марины, будто кипятком.
Дернулась, пытаясь вырваться из его крепких объятий.
- Пусти, - рванулась ещё раз, - я конвойного позову.
- Не думаю, что тебе понравится при свидетелях, - произнёс Макар, запечатывая ей рот поцелуем.
Марина притворялась спящей, лежа на боку, положив голову на плечо Макара. Он обнимал ее рукой, тем самым не давая соскользнуть с кровати, поскольку для двоих она приспособлена не была.
Под подушкой загудело. Макар ругнулся и аккуратно полез под подушку, дабы не потревожить сон Марины. Одной рукой извлёк телефон и начал быстро пальцем что-то в нем нажимать.
Марина приоткрыла немного глаза, глядя, что он делает. На экране сменялись цифры, мелькали графики. Макар что-то быстро нажимал, отвечая на сообщения, которые то и дело высвечивались в чате.
Марина не была подкована в финансах, но имея отца – финансиста, понимала, что это сводки с биржи. И Макар судя по тому, как быстро тычет в телефоне, в этом разбирается. Она пропустила момент, когда мужчина засёк ее за подглядыванием.
- Интересно? – произнёс хриплым голосом, от которого Марина вздрогнула.
- Ты играешь на бирже?
- Думаешь не способен?
- Нет, я просто, - замялась Марина.
- Я до всей этой канители деньги какие были вкладывал, на мать счёт завёл. Она не знает. А как на зону попал, времени свободного вагон, крути в нехочу.
- Вам же телефоны не положены.
- Начнём с того, что они не всем не положены, но в основном да. Есть они у избранных, а к ним на поклон идти.
- Они потребуют расчёт.
- Сечёшь, научилась кой-чему, - усмехнулся Макар, - поэтому и приходится добывать другим путём.
- Телефон подогнал Паша – конвойный или фельдшер Алексей Викторович? – опираясь ладошкой на грудь Макара, приподнялась Марина, чтобы взглянуть ему в лицо.
Он своей не маленькой рукой придавил ее обратно.
- Решила строгую начальницу включить, сдашь пойдёшь, если скажу? Ты же вся такая правильная, да, госпожа Ростовцева? Бывшему мужу свободу дала, он на другой женился, а сама одна дочку воспитываешь. Все в благородство играешь?
Марина могла стерпеть насмешки над собой, похабщину в свою сторону, оскорбления, приставания, да все устанешь перечислять. Единственное, что могло ее задеть, когда говорили о ее дочери. Пусть даже это родной отец, который о ней не знает.
Марина рывком освободилась из объятий Макара, он от неё такой прыти не ожидал, потому и отпустил. Она встала, натягивая на себя рабочий костюм с такой скоростью, что солдатам в армии поучиться бы. Волосы собрала в шишку по привычной танцовщикам традиции.
Полностью приведя себя в порядок, наконец посмотрела на Макара, который продолжал лежать на кровати, наблюдая за ее вознёй.
- Информацию по мне тоже за деньги добывал? – произнесла с горькой усмешкой, - спросил, я бы может и сама рассказала. Но тебе видно сплетням верить больше нравится.
Развернулась и зашагала к выходу.
- Таблетки на столе, их следует выпить. Во вторник тебя переведут в камеру, - подошла к выходу, повернулась к лежащему на кровати в прежней позе Макару, - а дочь? Только моя, и что бы ни было в моей жизни, я каждый день благодарю Бога, за то, что она есть.
Марина резко дернула дверь, открывая и вышла за порог лазарета.