И в какой-то момент Руслан позволил этой струне зазвучать. Волна, горячая и ослепляющая, прокатилась по ней целиком, вырвав из груди низкий вскрик, похожий на стон и вздох одновременно. Она обмякла в его объятиях, доверившись полностью, как будто тело перестало принадлежать ей самой.
Она тяжело дышала, голова чуть откинулась назад, и в отражении зеркала видела его глаза — тёмные, глубокие, с тем самым голодным блеском, от которого у неё по коже бежали мурашки.
Ария повернулась к нему, и их взгляды встретились. Секунда — и вдруг она сама потянулась, страстно, отчаянно целуя его, словно вырывая у судьбы этот момент. В поцелуе было всё — благодарность, жажда, желание раствориться и принадлежать только ему.
Одежда летела в стороны почти незаметно, как ненужные преграды. Они двигались в унисон, не думая и не рассуждая, ведомые только инстинктами и тем огнём, что вспыхнул между ними.
Они добрались до спальни, и, падая на кровать, будто рушили все границы, что существовали прежде. Там, среди взбитых простыней, дыхания и стонов, уже не было ни Арии, ни Руслана как отдельных людей — только один общий вихрь страсти, эмоций, пылающего желания.
Это было не просто физическое влечение. Это была борьба и сдача одновременно, признание и вызов. Она целовала его, царапала плечи, смеялась и плакала в одно и то же время, а он отвечал ей тем же — властно, жадно, но с такой силой, которая могла и разрушить, и защитить.
И в этом огненном сплетении Ария вдруг поняла: с ним она не боится быть слабой, не боится быть собой.
Тяжёлое дыхание постепенно стихало, и в комнате воцарилась тихая, тёплая тишина, прерываемая лишь размеренным биением сердца Руслана. Ария лежала на его груди, чуть закрыв глаза, будто ловила вибрации этого ритма, и чувствовала себя удивительно спокойно. Его ладонь двигалась по её спине медленно и размеренно, словно успокаивая и обещая защиту.
— Давай будем вместе, — негромко сказал Руслан, почти шёпотом, но каждое слово отозвалось в ней гулко. — Я обеспечу нам будущее. Я люблю тебя… давно.
Ария приподняла голову и встретилась с ним взглядом. Её губы тронула легкая насмешливая улыбка, в которой читалось и удивление, и нежность.
— Ты правда думаешь, что я бы стала спать с тобой без любви? — тихо спросила она, чуть склонив голову, будто давая ему время переварить её слова.
Руслан долго смотрел ей в глаза, в них искрились огоньки непонятной смеси — облегчения, боли, счастья, сожаления. Он глубоко выдохнул, и уголки его губ дрогнули.
— Господи… какой же я дурак, — почти простонал он. — Должен был раньше всё понять.
Ария мягко улыбнулась, провела пальцами по его щеке и, наклонившись, нежно коснулась его губ. Поцелуй был тихим, спокойным, в нём не было прежней жадности — только нежность и уверенность, будто они наконец нашли общий путь.
— Тогда мой поход в театр отменяется, — тихо сказала она, когда их губы разомкнулись.
Руслан удивлённо приподнял бровь:
— Ты же любишь театр… Тем более, с Леоном тебе ещё работать.
Девушка задумалась на секунду, но потом твёрдо покачала головой.
— Если мы вместе… то больше никому нет места в наших отношениях. А в театр… — она чуть улыбнулась, скользнув пальцами по его груди, — в театр ты меня сам сводишь.
Мужчина прищурился, и в его глазах загорелся знакомый тёмный огонь. Он зарычал тихо, низко, будто из глубины груди, и снова завладел её губами. Поцелуй был как обещание: обещание новой жизни, будущего, в котором они — одно целое.
Ария с тихим смехом прильнула к нему, и их объятия снова наполнились страстью, но теперь в них было ещё и что-то большее — долгожданное чувство «мы».
Утро застало их в уютной тишине — солнечный свет мягко пробивался сквозь шторы, ложился золотыми полосами на простыню и их тела. Ария проснулась первой: её голова всё ещё покоилась на груди Руслана, и она слышала его ровное дыхание. Он спал крепко, спокойно — впервые за долгое время, как будто только сейчас позволил себе расслабиться.
Она осторожно пошевелилась, но Руслан тут же открыл глаза. Его взгляд был непривычно мягким, и Ария заметила, что он улыбается так, будто у него исчезла с плеч вся тяжесть.
— Доброе утро, — сказал он хрипловато, притягивая её ближе. — Никогда не думал, что можно просыпаться счастливым только потому, что рядом — ты.
Ария чуть смутилась, улыбнулась и коснулась губами его щеки.
— Ты впервые позволил себе быть счастливым?
— Впервые — признал это, — честно ответил он, провёл ладонью по её волосам и задержал пальцы на затылке, будто боялся отпустить.
Позже, на кухне, она сидела в его рубашке, чуть великоватой, с кружкой кофе в руках. Руслан торопливо собирался на работу — застёгивал рубашку, поправлял галстук, но при этом продолжал посматривать на неё с таким выражением, что Ария невольно смеялась.
— Думаю, Дарии нужен стимул, — сказал он, завязывая галстук и подходя ближе. — Какое-то событие, что-то, что заставит её встать, сделать шаг.
Ария задумчиво отпила кофе, её глаза затуманились раздумьями.
— Если доктор даст добро… — она тихо качнула головой и посмотрела на него. — Тогда я помогу. Постараюсь придумать для неё что-то, ради чего она захочет подняться.
Руслан присел на край стола рядом, взял её руку и поднёс к губам.
— У меня самая понимающая… и самая любимая девушка, — сказал он почти шёпотом, касаясь поочерёдно её пальцев поцелуями. — Тонкие… длинные… прохладные.
Ария почувствовала, как её сердце дрогнуло от этой нежности, и, слегка смутившись, спрятала взгляд в кружку. Руслан же смотрел на неё так, будто хотел запомнить каждую деталь этого утра — её волосы, сбившиеся на плечи, её мягкий румянец, её улыбку, которая была только для него.
Руслан, едва поцеловав Арии в макушку на прощание, выскочил к машине и уже через двадцать минут въезжал на парковку клиники. День обещал быть напряжённым: несколько операций подряд, консультации, обходы. Он привычно пролистал планшет с расписанием, отметил особенно сложные случаи и быстрым шагом прошёл через коридор, здороваясь с персоналом.
— Орлов, — донёсся позади знакомый голос. — Ты сегодня прямо светишься.
Руслан обернулся: навстречу шёл Аркаша, их травматолог, с чашкой кофе в руках и фирменной ухмылкой.
— У тебя явно дела идут отлично, — продолжил он, и многозначительно прищурился.
Руслан слегка усмехнулся и кивнул в сторону ординаторской:
— Пошли, расскажу.
В ординаторской было тихо: пара интернов просматривала карты, кто-то писал отчёт. Руслан опустился на стул, потерев переносицу, и вдруг, как-то просто, без обиняков сказал:
— С Арией… мы теперь в отношениях.
Аркаша приподнял брови, потом громко хлопнул его по плечу.
— Ну поздравляю, наконец-то! А то ходил, как волк по клетке. Вы шикарная пара, Орлов. И… — он прищурился, — она тебе реально подходит.
Руслан усмехнулся краем губ.
— Спасибо.
— Только скажи честно, — Аркаша сделал глоток кофе, — Оуэнн же к ней явно неровно дышит?