«Спасибо. За то, что ты спасла мою дочь. За то, что она обрела веру в себя. Я никогда не забуду этого. Хотел бы отблагодарить тебя, но боюсь, ты отвергнешь мой жест. Поэтому скажу так — я выполню любую твою просьбу. Подарю всё, что ты пожелаешь.»
Он перечитал написанное, усмехнулся сам себе — редко позволял себе такую откровенность. Но на этот раз это было важно. Отправив сообщение, Леон оставил телефон на прикроватной тумбочке и прошёлся по комнате, налил себе бокал вина, сделал пару глотков. Время тянулось мучительно долго.
Ответ пришёл только через полчаса. Экран мигнул, и Леон сразу схватил смартфон. На дисплее горел короткий текст:
«Я подумаю)»
Смайлик в конце делал слова почти игривыми. Леон невольно улыбнулся, хотя в груди всё ещё теснилось слишком много противоречий. Она приняла его слова не всерьёз — или сделала вид? Но главное, она не отвергла. А значит, дверь, которую он боялся увидеть захлопнутой, оставалась приоткрытой.
Он посмотрел на её ответ ещё раз, как будто вчитывался в скрытый подтекст. «Я подумаю» — это не отказ. Это шанс.
Глава 52
Ария стояла за кулисами и рассматривала океан огней — зрителей было так много, что ряды людей сливались в бескрайнее синее море. Волна эмоций словно накатывала оттуда к сцене, заполняя всё вокруг ожиданием. Дэн сиял от восторга, Артём тоже выглядел вдохновлённым, готовым разорвать пространство гитарными риффами. Евгений, как всегда, был собран и спокоен, крутя в пальцах барабанные палочки, будто проверяя баланс будущего ритма.
Ария медленно выдохнула, почувствовала лёгкий поцелуй на виске и, не открывая глаз, чуть сильнее прижалась к Руслану. Внутри стало теплее, спокойнее.
— Это выступление будет культовым, — уверенно сказал Дэн, словно заключая договор с самим небом.
— Главное — работаем, как на репетициях, без импровизаций, — тихо напомнил Евгений.
Ария закрыла глаза на секунду дольше, вслушиваясь в собственное дыхание, настраиваясь на ритм зала, на ритм группы. Она не чувствовала волнения. Лишь твердое спокойствие — будто всё уже давно предопределено.
Скоро подошли Рауф и Леон. Оуэнн катил перед собой инвалидную коляску, в которой сидела Дария. Девочка радостно замахала рукой:
— Удачи, Ария!
Морок улыбнулась и наклонилась ближе:
— Всё пройдёт по высшему разряду.
— Вы ещё никогда не собирали такую толпу, — сказал Рауф, оглядываясь на бескрайний зал.
Ария лишь пожала плечами: будто количество людей не имело для неё значения — только сама музыка.
Тем временем «Дарки» покидали сцену. Вадим, их фронтмен, задержался взглядом на Арии. В его глазах вспыхнула смесь злобы и презрения, но он промолчал, лишь хлёстко отвернувшись. Ария ответила на это лёгкой усмешкой — у неё не было ни времени, ни желания тратить силы на прошлое. Впереди было только выступление.
Леон задержал взгляд на Руслане. Орлов стоял рядом с Арией, обняв её за плечи так естественно, будто это было его место — не рядом, а вместе. В его движениях не было ни позы, ни демонстрации — только спокойная уверенность мужчины, которому доверяют. Ария чуть склонила голову к нему, и этого было достаточно, чтобы Леон всё понял. Они уже не просто друзья. Они стали парой, а может — любовниками.
В груди Оуэнна что-то кольнуло. Он на мгновение задержал дыхание, но быстро отвёл взгляд, заставив себя сосредоточиться на предстоящем шоу. С этим он разберётся позже. Сейчас главное — сцена.
Ария резко хлопнула в ладоши, как будто рассекла воздух:
— Собрались!
Звук её голоса прорезал напряжение, и ребята разом оживились. Дэн подмигнул, Артём сжал гриф гитары, проверяя хват, Евгений привычно кивнул. Всё стало на свои места.
— Пошли зажжём, — коротко бросил Жека и первым шагнул вперёд.
Он вышел на сцену, и зал взорвался радостными криками, тысячи голосов слились в единый гул. Волна света и звука обрушилась на «Эскапизм», готовая принять их, распахнувшись, как штормовое море.
Ария расправила плечи. Гитаристы ворвались на сцену, как ураган, первые аккорды пробили зал, и в тот же миг вспыхнули пиротехнические столбы огня, осветив сцену золотым сиянием. Толпа взревела так, что стены дрогнули.
Ария глубоко вдохнула, сделала шаг вперёд и вышла к зрителям с той спокойной уверенностью, которая отличала её от остальных. Луч прожектора поймал её фигуру, и зал будто взорвался новой волной восторга. Она подняла микрофон и запела:
Звук её голоса был хрустально чистым и в то же время острым, как клинок, пробивавший самую толщу зала. Толпа подхватила строчки, превращая их в единый гимн. Люди прыгали, кричали, подпевали, энергия словно текла из сердца в сердце.
Со сцены ударил световой шквал: лазеры резали темноту, прожектора двигались в ритм музыке, воздух был полон дыма и искр. Огненные струи выстреливали вверх при каждом ударе барабана, синхронно с грохотом баса.
Ария шагнула к краю сцены, протянула руку в зал, и тысячи рук взметнулись в ответ. Она улыбнулась и отдала себя толпе без остатка.
Зрители завелись до предела: кто-то рванул в слэм, кто-то стоял с закрытыми глазами, подпевая каждой строчке, кто-то плакал, сжимая кулаки в воздухе. Энергия достигла апогея.
Сцена сияла — пламя, свет, музыка и голос Морок слились в единый огненный вихрь. Ария не просто пела — она властвовала над этим океаном людей, заставляя тысячи сердец биться в такт её песне.
Музыка перешла в новый, мощный ритм, гитары взвыли, бас пошёл плотнее, и Ария сделала шаг вперёд, подняв микрофон обеими руками.
Толпа взорвалась оглушительным хором, подхватив каждое слово. На экранах — тысячи светящихся браслетов, будто целое море звезд, и все они мерцали в такт её голосу.
Световое шоу ожило — прожектора врезались лучами в потолок, голубые и пурпурные всполохи танцевали над зрителями. В этот момент толпа стала единым живым организмом, каждая клеточка которого откликалась на слова и музыку.