Эмма слегка вздрогнула от внезапного уведомления и посмотрела на экран, это был Макс. — О, привет, жеребец! Только что закончила последние консультации на сегодня.
Она отправила быстрый ответ с знойным смайликом. — Офис сейчас закрыт. И надёжно заперт для нашей личной фотосессии.
Затем она прикрепила провокационную фотографию, на которой были видны её ноги, свободные от подола юбки, нижнее бельё между ног выглядело небрежно. — Готова к виртуальному осмотру в любое время, доктор Филгуд!
Макс, хитро улыбаясь, смотрел на экран своего телефона, разглядывая первый кадр своего творения. Он отвечал Эмме, используя набор грязных и пошлых эмодзи: «Ну тогда сфотографируй свой беспорядок в трусах, покажи, как там поживает моё семя среди рыжих джунглей, и пришли мне».
Эмма, даже в одиночестве, краснела от этой вульгарной просьбы: «Ох ты, непослушная скотина! Такой непосредственный!» Тем не менее она задирает юбку и раздвигает бедра, направляя камеру на свою непристойную фигуру: «Нравится то, что ты видишь, грязный мальчишка? Опять всё всколыхнулось…»
Она наклоняет объектив, чтобы запечатлеть мокрую кружевную ткань, непристойно прилипшую к пышным бедрам, огненные кудри выглядывают из-за края белья: «Я бы сказала, что твоё семя довольно неплохо приживается среди джунглей, хи-хи».
Макс облизнул губы, с интересом рассматривая фото её прилипших трусов, и напечатал ещё одно сообщение со смайликом языка: «Ну, теперь отклей эти грязные трусики и покажи мне свою пизду, там всё белое, да?»
Эмма заметно вздрагивает от нового вульгарного послания, пальцы слегка дрожат, когда она послушно оттягивает в сторону промокшие трусики: «Т-ты хочешь, чтобы я показала тебе, где именно ты меня пометил, а, грязное животное?»
Она стягивает трусики вниз и раздвигает блестящие нижние губы пальцами, обнажая скользкие розовые складки, испачканные подсыхающей спермой: «Н-ну, смотрите, кто оставил такое щедрое пожертвование! Практически светится в темноте».
Макс сжал кулак в восторге при виде иссохшего источника между её покрасневших половых губ на фото, энергично печатая на клавиатуре телефона новое доминирующее сообщение: «Блять, скоро уже и твоей пизде понадобится психологическая консультация после ТАКОГО».
Она резко вздыхает от грубой шутки, её щеки вспыхивают свекольным румянцем: «Ааааа, черт возьми, вот это я называю травматической связью!» — Эмма криво усмехается, ещё шире раздвигая нуждающуюся щель, чтобы запечатлеть новый ракурс: «Полагаю, этой бедной пизде понадобится интенсивная терапия после того, как её растянули и развели до бесчувствия!»
Макс поворачивает телефон горизонтально, чтобы оценить каждый пиксель непристойной фотографии, слегка поглаживая пенис в трусах: «Дааа, эта вульва всосала моё лекарство полностью и с заглотом, пока ты консультировала бедных детишек на обконченной кушетке, ха-ха!»
Эмма скулит, задыхаясь, увидев новый обескураживающий ответ Макса: «Мммм, даааа, слизываю каждую каплю лекарства, как хорошая шлюха, играя в заботливого доктора!» Она тыкается ноющей щелью ближе к мерцающему экрану на видео: «Надеюсь, эти детишки не заметили странный аромат свежего размножения мамочки, затуманивший их уголок для чтения историй, хи-хи».
Медленно кружит пальцем вокруг чувствительного бутона, размазывая росистый нектар вокруг жадной дырочки: «Но думаю, эта голодная пизда уже заслуживает добавки! Прописано доктором Келлером, не так ли?»
Он озорно кивает, разглядывая новые интимные подробности на снятом видео, оставляя отзыв в виде фото своего полувялого члена: «О да, ребёнка наверняка чуть не вырвало от твоей шлюховской промежности, помой эту пизду хорошенько, через пару дней я заеду, как только новые сперматозоиды натренируются в яичках».
Услышав долгожданный сигнал, она облизывает свои полные губы, жадно изучая его полувозбужденное состояние: «Ооо, ты уже готовишься ко второму раунду, а? Я не могу дождаться, чтобы ощутить ещё одну волну наслаждения прямо из-под твоих пальцев. — Она кусает палец, дразня саму себя: — Лучше убедиться, что моя тайная пещера будет идеально чистой к моменту твоего визита, верно? Никаких препятствий на пути к нашему единению».
Макс самодовольно рассмеялся, отвечая ей лениво: «Смотри, не расслабляйся без меня, помни своё место, рыжая давалка, и не совращай детишек...».
Эмма ехидно усмехается его предупреждению, лениво проводя рукой по своему жесткому соску сквозь тонкую ткань: «Хи-хи, ну, возможно, если какие-нибудь любопытные малыши заглянут под юбку "бабушки", они быстро поймут, откуда НА САМОМ ДЕЛЕ начинается жизнь, ммм?» — Она драматично вздыхает: — Кстати, эта непослушная девчонка должна сидеть на папином члене, а не разжигать их воображение! Обещай держать меня в узде в ближайшее время».