После устранения актуальной для пациента симптоматики невроза актуализировалось «беспричинное» депрессивное или субдепрессивное состояние[93] (на рис. 2. «Напряженность»).
Внешние конфликты
Поиск причин этого «беспричинного» состояния обнаруживал, приводил к осознанию самим пациентом и делал для него значимыми прежде не устраненные и ощущаемые неодолимыми жизненные трудности (в семье, на работе, в быту и так далее) - так называемые «внешние конфликты» (рис. 2).
Оказывалось, что эти неодолимые для пациента трудности существовали задолго до манифестации болезни.
Обычно пациенты отвергают связь своих психосоматических расстройств с внешними конфликтами.
Сложность в том, что «неразрешимые» трудности пациент «старается» не помнить, скрыть даже от себя. Избегает беседы о них, как бесполезной и мучительной.
Вызванное у пациента интуитивное предчувствие, что у психотерапевта есть «ключи» к решению его «неразрешимых» проблем, помогает ему (пациенту) осознать эти проблемы и вернуться к поиску путей их разрешения.
Таким образом, создаются новые жизненные перспективы - то самое будущее, отсутствие которого рождало явную и скрытую депрессию.
Позже оказалось, что внешние конфликты можно вылить и при тщательном знакомстве с жизненной ситуацией пациента уже при первой встрече.
Теперь с диагностической целью сфера конфликта выявляется врачом в беседе, ведущейся, как ассоциативный эксперимент, по эмоциональным реакциям и задержкам пациента в ответ на затрагиваемые темы.
Наиболее частые внешние конфликты приведены в таблице № 9.
Изучение содержания и особенностей внешних конфликтов обнаруживает:
- что это трудности, трагедии и несчастья, встречающиеся в жизни всех людей;
- что у моих пациентов эти беды чаще касаются семейной жизни (90%);
- что мои пациенты, по какой-то закономерности чаще оказываются в целом стечении трудностей, словно «кличут беду».
Возникли вопросы:
- почему под влиянием обычных в жизни невзгод мои пациенты заболевают?
- не являются ли их более частые несчастья следствием их способа жить (определенного жизненного стиля - сценария)? Если это так, то
- чем характеризуется этот способ жить (стиль - сценарий)?
- в чем причины такой частой семейной неустроенности моих пациентов?
Внутренний конфликт и
жизненный стиль, обрекающий
на несчастье и болезнь
В поисках ответов на эти вопросы мы с пациентами выявляли то внутриличностное противоречие - «внутренний конфликт», которое способствовало возникновению жизненных трудностей и делало их для личности неодолимыми (таблица № 10 и рис. 2).
Исследуя преморбидные[94] личностные особенности -акцентуации (4, 15, 16, 21, 30) (таблица № 11), я заметил объединяющую всех моих пациентов жизненную позицию.
Конформистами я считал тех, кто на ранних этапах жизни (пубертат[95], юношество) отказался от поступка, собственного вкуса, ответственности. Не научился выбирать из двух противоречивых тенденций. Любая нешаблонная жизненная задача для них оказывалась неразрешимой.
Эти пациенты реагировали преимущественно обсессивно-фобическим синдромом в рамках невроза навязчивых состояний и неврастении.
Нетворчески гиперсоциальные[96] и с подавленной инициативной тенденцией демонстрировали заученный, принужденный «альтруизм». Они наваливали на себя груз больший, чем хотели и могли нести. Жили с ощущением своей большей, чем у окружающих, доброты и страдали от «неблагодарности» тех, кому «все отдали». Ощущая себя незаменимыми «солдатами на посту», чувствуя, что у них траты преобладают над приобретениями, они обижались на жизнь, страдали неврастенией, часто с артериальной гипертензией[97], кардиальными дисфункциями[98] и фобиями.
Эгоцентрики маскировали отсутствие действительных социальных интересов всяческой показной активностью. Демонстрировали гражданственность, доброту, заботу, гиперсоциальность. Сами уверялись в том, что они такие, каковыми себя предъявляют, путали намерения с результатами и ждали благодарности за благие намерения. Они чаще страдали истерией.