— Спасибо, Пётр. Вы очень любезны.
— Я рассчитываю на взаимность, Татьяна. Очень жду ответ на свой утренний запрос, — ответил Пётр с лукавой ухмылкой, сменившейся на суровое выражение в конце фразы.
Конечно, женщина видела его письмо. Проверка почты и отработка запросов были частью её каждодневной рутины. И да, мгновенный ответ Петру она не направила намеренно, чтобы наглядно продемонстрировать, что её отдел — не пожарная бригада или скорая помощь. Ну и, чего греха таить, Таня хотела его позлить.
— Там не было пометки «срочно», Пётр, — ответила с невинной улыбкой женщина, чем, кажется, выдала свои истинные намерения.
— Татьяна, давайте дружить, — неожиданно выдал Пётр, облокотившись спиной на столешницу и скрестив руки на груди.
Таня в душе даже немножко скривилась от такой ложной доброжелательности и нелепой попытки смутить её.
— Так мы непременно будем дружить, Пётр. И залогом нашей крепкой дружбы станет терпение, взаимоуважение и соблюдение процедур. Срок ответов на запросы составляет один рабочий день, не считая дня получения.
На самом деле женщина не была настолько педантичной, но и показывать рвение молодой гимназистки тоже не собиралась.
Особенно по отношению к этому франту. Петр пристально посмотрел в ее лицо несколько мгновений и затем, неожиданно, будто что-то решив про себя, расслабился. Морщинки на лбу разгладились, лицо приняло выражение искреннего благодушия.
— Татьяна, вы так рьяно обороняетесь. Я скоро решу, что нравлюсь вам, — произнес Петр нарочито интимно и игриво приподнял бровь.
Взгляд умышленно скользил по ее лицу, а пальцы лениво постукивали по дереву, демонстративно выделывая ритм. Тане захотелось закатить глаза. Но ее темная сторона уже включилась в игру. Женщина медленно приблизилась к Петру и, легонько зажав между пальцами кулон, лежащий на его крепкой груди, ощутила учащенное сердцебиение под ним.
— Вы серьезно сейчас? — полушепотом произнесла она, глядя прямо в глаза и капризно изогнув губы. Затем сделала еще один шажок вперед, так чтобы мужчина мог ощутить ее запах и тепло. Петр замер. В его лице читалось замешательство вперемешку с интересом. Таня неспешно потянулась к его уху:
— Вы меня сильно недооцениваете, — неожиданно сухо, спокойно, без двусмысленности, царившей мгновение назад.
Затем резко отпрянула. И, взяв чашку с кофе, размеренным шагом направилась в сторону коридора, мазнув равнодушным взглядом по напряженному лицу Петра.
Глава 10. Свадьба
Ольга прилегла на мягкий гостевой диван у себя в кабинете. Даже страшно вспомнить, сколько она за него отдала, а главное — объяснить себе самой то странное, иррациональное желание купить именно этот предмет известной швейцарской фирмы за такие бешеные деньги, пусть и с рук. Что это было? Инстинкт гнездования? Ольга помнила то вдохновение, которое охватило ее, когда она ушла из клиники в свободное плавание, арендовала этот кабинет и украшала его с трепетом беременной женщины.
Тихая безмятежность разлилась по телу, веки непроизвольно приопустились. Она начала легко и с улыбкой читать любимые аффирмации, не заметив, как провалилась в сон.
Сквозь дрему Ольга услышала стук в дверь, лихорадочно поднялась, приняла невозмутимый вид, сложила ногу на ногу и, хорошо проморгавшись, произнесла:
— Входите, пожалуйста.
Дверь распахнулась. Это была Татьяна. Ольга выругалась про себя за то, что так безответственно заснула. Хотя при этом едва сдержала улыбку, представив, как могла быть застигнута на рабочем месте со стекающей слюной из приоткрытого храпящего рта.
Она предложила Тане расположиться на том самом диване, где минутами раньше мирно спала, а сама выскользнула в коридор и перебежками добралась до уборной на этаже. Быстро ополоснув щёки холодной водой, Ольга с опаской заглянула в зеркало, ожидая увидеть помятое лицо и смазанный макияж. Но всё оказалось сносно. Она выдохнула и направилась обратно.