Таня сидела на диване и смотрела в окно, опираясь локтем о подушку и подпирая подбородок рукой так, что пальцы частично прикрывали губы. Она явно была погружена в какие-то тяжёлые мысли и пребывала не здесь. Увидев Ольгу, которая присела напротив, она не сразу сфокусировала взгляд и вышла из забытья.
— Извините, устала сегодня. Тяжёлый день на работе, — вымолвила женщина, потирая надбровье ладонью.
— Не торопитесь. Первые встречи нам нужны, чтобы правильно сформулировать ваш запрос. Рассказывайте всё, что сочтете нужным, — вкрадчивым, подбадривающим голосом ответила Ольга. — Я буду уточнять некоторые моменты.
— Мы остановились на Глебе… — хотя в прошлый раз Таня не называла его по имени.
— Да, вы не рассказали, чем закончилась эта история.
— Свадьбой, конечно, — ответила Татьяна, сначала глядя куда-то в сторону, а потом перевела глаза на Ольгу и улыбнулась с оттенком грустной иронии.
— Ясно, — понимающе протянула Ольга. Уточнять, что свадьба не имела отношения к Татьяне, не требовалось. Это и так было слишком очевидно.
— Когда я вернулась в город, я стала более независимой, что ли, не такой уязвимой перед ним. У меня же был парень, хоть и в соседнем городке. Когда Глеб об этом узнал, он почему-то сразу стал проявлять ко мне больший интерес. Мы встречались в общих компаниях. Начиналось всё с дружеских касаний, долгих взглядов, внезапной похвалы или комплиментов. Глеб задерживался дольше обычного, чтобы оставаться со мной наедине или провожал до метро. Его девушки никогда не было рядом. А я тогда уже ничего и не ждала. Мы общались, как хорошие приятели. Я открывалась, рассказывала о себе всё, смеялась над его шутками. Казалось, что мечта сбылась. Хотя бы так.
На этой фразе Татьяна остановилась и потянулась к горлу рукой, словно почувствовав спазм.
— Он вас соблазнил? — уточнила Ольга. Ей было важно вывести женщину на самые травматичные воспоминания и заставить прожить их снова.
Таня прокашлялась и хрипло продолжила:
— Не сразу. В тот вечер он попытался. Но у меня возникло чувство, знаете, внутреннего беспокойства, ощущение опасности, что ли. Может, я испугалась, что разочарую его без одежды, что сильно уступаю его девушке по привлекательности. Да и тогда я другими установками мыслила. Мы оба были заняты, что делало происходящее неправильным.
— А когда? — помедлив в нерешительности, спросила Ольга.
— Спустя пару месяцев, в течение которых мы часто встречались, он, что забавно, очень драматично сообщил, что женится. Что у него нет выбора, так как он не может плохо обойтись с девушкой, с которой был столько времени.
— Что вы почувствовали, когда узнали?— спросила Ольга, слегка наклонившись вперед.
— Ступор, наверное. Я не осознала тогда. Даже поздравила его… А потом… где-то за неделю до свадьбы всё случилось.
Ольга заметила, как пальцы Тани слегка дрожат. Она не торопила, давая женщине собраться с мыслями.
— Выпили в баре, потом направились ко мне. Я шла, как на заклание, но всё же шла. После той ночи, а точнее пары часов, он пропал. Сообщение пришло накануне свадьбы, видимо, когда Глеб случайно вспомнил, что я приглашена. Абсолютно нейтральное, нужное только, чтобы убедиться, что я не выдам какой-то фокус, не устрою истерику. Что-то вроде: «Как дела?».
Ольга, наблюдая за Татьяной, ждала, что та, наконец, сорвётся, выпустит чувства наружу. Если не заплачет, то хотя бы выдаст интонацией застарелую боль, обиду. Но нет. Она говорила настолько бесстрастно, что становилось не по себе. Будто всё это произошло не с ней.
Тогда Ольга умышленно светским тоном, скорее выражающим обычное любопытство, чем сочувствие или профессиональный интерес, спросила:
— Ну и как прошла свадьба? — почти безучастно, постукивая ложкой по стенкам чайной чашки в руках.
Татьяна заторможённо уставилась на Ольгу, затем её взгляд прояснился, плечи расправились, и с ехидным смешком она заявила:
— Как маленькая смерть.
Сделав короткий резкий вдох, Ольга с досадой поняла, что её нехитрая манипуляция не удалась.