Выбрать главу

Претит сама мысль, что она не вступила в его «фан-клуб». Не оставляет надежды сделать ее своей безвольной подружкой, подобострастно заглядывающей в рот. Да только она сама не так проста. Личные контакты открыли многие двери и для Тани. В начале карьеры она с азартом игромана приближала к себе нужных людей, давая немые обещания мужчинам, завоевывая доверие женщин, вызывая восхищение, интерес. Управлять людьми женщина умела и любила.

Петр завернул на парковку торгового центра с небольшим ресторанчиком на первом этаже.

— Татьяна, ты слишком напряжена. Сегодня короткий день. Тебя никто не хватится.

Мужчина обошел машину, открыл дверь и галантно протянул руку. Таня вложила маленькие пальчики в его ладонь и невзначай выгнула изящное тонкое запястье. Поднимаясь, она смогла рассмотреть татуировку на крепком мужском предплечье: черно-белый самурай, стоящий в профиль напротив красного закатного солнца. Красиво, но слишком претенциозно. Заметив, как глаза женщины остановились на рисунке, Петр расцвел в довольной улыбке, ни капли не уловив скрытый за ее любопытством скепсис.

В ресторане было немноголюдно. Играла ненавязчивая музыка, бармен лениво натирал пивные бокалы, а молодые официанты размеренно перемещались по залу. Положив руку на Танину поясницу, Петр легонько направил ее к столику у панорамного окна, явно чувствуя себя хозяином положения. Таня же решила ему подыграть.

— Если в ближайшие десять минут я не дорвусь до еды, то съем тебя, — уверенно заявил мужчина, но от Тани не ускользнуло некоторое напряжение в его голосе.

— Тогда скорее заказывай, потому что я тебе не по зубам.

Женщина сказала это очень просто, на секунду посмотрев прямым взглядом в глаза Петру, как раз когда тот делал глоток воды из большого граненого стакана. Мужчина запнулся, слегка прокашлялся и ответил своей лучшей улыбкой, выражавшей невинное недоумение. Таня подумала, что стоило быть тоньше в намеках, но, с другой стороны, тот разговор в лифте несколько расширил границы.

— Таня, давай поболтаем на отвлеченные темы и узнаем друг друга поближе, — затем, помедлив мгновение, добавил: — Как ты обычно снимаешь стресс? Шопинг, клубы, спорт, секс?

Таня поняла, что Петр решил повысить ставки и пойти ва-банк. Она невозмутимо выгнула бровь, сделала паузу и слегка пожала плечами в притворном раздумье.

— Кино, — выдала женщина с напускным выражением скуки на лице.

— Тогда у нас много общего. Что ты предпочитаешь: артхаус, нуар или, может, романтические комедии?

— Психологические триллеры, — ответила Таня, нарочно утрируя «р». При этом она чуть подалась вперед, и ее кукольное лицо скривилось в проказливой гримасе ребенка, задумавшего пакость.

В этот момент к столу подошел молодой официант в белой рубашке и фирменном фартуке. Петр заказал самый большой стейк с кровью и россыпью жареной картошки.

«Счастливчик», — подумала Таня. «Напряженная работа, очевидно, никак не влияет на его нервы и аппетит».

Ей же кусок в горло не лез после тяжелого утра и постоянных переживаний. Но было неуместно заказать только кофе, выставляя себя бедной голодной сироткой. Таня указала молодому официанту на тартар из рыбы — из-за микроскопической порции и солоноватого вкуса, рассчитывая пробудить хоть какой-то аппетит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Может, вина, чтобы расслабиться? Я обещаю довезти тебя в целости и сохранности, — пропел Петр с выражением искренней заботы.

При мысли об алкоголе женщина невольно поморщилась, вспоминая вчерашнюю постыдную сцену.

— Нет, спасибо, — отрезала Татьяна. — Я мало пью, и это никогда не идет мне на пользу.

— И мало ешь, — добавил Петр. — Хотя несколько лишних килограммов тебя бы не испортили.

Отношения с едой у Тани, и правда, были сложные. С пубертата бесконечные голодные диеты, подкрепленные молчаливым одобрением родных, сменялись срывами и мучительным чувством вины. Еда стала врагом, которого Таня всеми силами избегала. Ела редко и безвкусно, как машина.

Она проигнорировала замечание Петра по поводу своей фигуры, окатив его холодным взглядом. Достав телефон из сумочки, Таня с огромным облегчением отметила, что до конца рабочего дня осталось двадцать минут. А значит, катастрофы из-за ее отсутствия не случилось.