— Эта наглая сука сегодня явится? — добродушное лицо Бориса резко переменилось, и всем своим видом он напомнил Петру Кингпина — суперзлодея из известных американских комиксов.
Те эпитеты, которыми Борис то и дело нарекал Татьяну, всегда вызывали у мужчины ощущение песка на зубах. Сам он старался быть к женщинам более великодушным, хоть многие из них были опасны, коварны, жестоки и могли размазать по лобовому стеклу любого, вставшего на пути. Какой была Татьяна, он до конца не понимал. Она умела атаковать, показывать зубы. Но как далеко женщина могла зайти, чтобы получить желаемое?
После замечания Бориса Пётр ещё раз пробежался глазами по залу, что уже неоднократно делал раньше. Татьяны не было. Мужчина понимал, что она, как человек, зацикленный на карьере, никогда не пропустит такое важное для личного имиджа мероприятие, но вдруг что-то случилось? Внутри растекалось жгучее разочарование.
Как вдруг краем глаза он заметил её.
Элегантное чёрное платье чуть выше колена с умеренным вырезом на груди, светлые волосы красивыми волнами распущены по плечам, туфли на высоком каблуке, красная классическая помада. Пётр отметил, что Таня не изменяет себе. Очень выверенный образ, но от этого не менее манящий.
Внутренняя дискуссия о женском коварстве и о том, какая Таня на самом деле, мгновенно отошла на второй план. Хотелось смотреть на неё, а ещё больше — трогать.
Пётр подозвал стоящего неподалёку паренька с бокалами шампанского на подносе и, взяв один, отхлебнул большой глоток приторной шипучки. В этот момент его посетила забавная мысль: самые красивые аквариумные рыбки почти всегда хищники. Хотя красавицей Таня не была в эталонном смысле, весь её образ, голос, взгляд, в котором часто сквозила столь привлекательная для мужчин уязвимость, не позволяли думать иначе. И судя по косым взглядам некоторых молодых коллег в её сторону, Пётр был не единственным, кого Таня привлекала.
Борис тоже заметил её и с нескрываемым раздражением открыл рот, чтобы выдать очередную агрессивную тираду. Как вдруг Таня, заприметив мужчин, направилась в их сторону.
Оба застыли в немом ожидании.
Пётр был уверен, что весь вечер женщина будет его избегать. Тем более странной оказалась её реакция. Остановившись в метре от них, Таня обворожительно улыбнулась. Кивнув Петру, она обратилась к его спутнику:
— Здравствуйте, Борис Семёнович! Рада встрече.
В ответ лицо Бориса приобрело выражение антикварного немецкого пупса: полные губы сжались в бесформенный рыхлый комок, маленькие глазки обескураженно округлились, брови вспорхнули вверх. Пётр услышал, как и без того частое (от привычной одышки и хронического гайморита) дыхание мужчины ускорилось, то и дело выдавая еле слышимый свист, будто у вскипающего чайника.
Силясь прервать неловкую паузу, Борис неуверенно ответил:
— Здравствуйте, Татьяна Сергеевна!
Забавно, но его вид и интонация разительно отличались от той злобно-надменной манеры, в которой Борис говорил за несколько минут до этого.
Таня будто не замечала искрящего в воздухе напряжения. Сделав небольшой шаг вперёд, она игриво заправила непослушную прядь волос за ухо, скользнула глазами по груди Бориса, затем, глядя испод ресниц, негромко произнесла:
— Красивый костюм. У вас хороший вкус.
Борис, которого жена разрядила как Брэда Питта в лучшие годы, выглядел довольно нелепо. Но, как и многие мужчины до и после него, из всех видов эмоциональных ласк он предпочитал грубую неприкрытую лесть. И, конечно, принял сказанное Татьяной за чистую монету.
Он засуетился, открыл рот, чтобы что-то ответить, но женщина уже отвернулась и направилась в сторону коллеги, поманив её рукой.
Не сразу придя в себя, Борис прокашлялся и уставился на Петра.
— Это что сейчас было?
Тот пожал плечами, хлопнул Бориса по спине и предпочёл сбежать, чтобы не рассмеяться приятелю в лицо.
Таня в хорошей форме, а значит, игра продолжается, — подумал Пётр, преисполненный задора.
Нужно только поймать момент…
Начальство разъехалось. Те из сотрудников, кто весь вечер стойко держал лицо, наконец расслабились. Музыка стала громче. Народ повалил на танцпол.
Таня сидела у барной стойки, перебирая содержимое маленькой сумочки, чтобы вытащить застрявший на дне смартфон. Пётр подошёл сзади, нагнулся и прошептал ей в ухо:
— Потанцуем?