Девушка, кстати, искренне нравилась Татьяне. Хорошенькая, немножко инфантильная, с восторгом ребенка принимающая любую похвалу, безобидная и ранимая, она вызывала теплые чувства. Но ее, как и других подчиненных, Татьяна никогда не подпускала близко.
В своих отношениях с окружающими женщина была как матрешка. Самую большую куклу — холодную, отстраненную, профессиональную до скрежета зубов — она предъявляла коллегам, руководству, партнерам и везде, где выступала с позиции силы. Та матрешка, что была под ней, напротив, представлялась всем хорошей подругой и дочерью, маминой гордостью, веселой и открытой — и предназначалась для общения с родственниками, друзьями или старыми знакомыми.
Была и та кукла, что раскрывала ее темную сторону: коварная, мстительная, играющая на чужих чувствах, соблазняющая, манипулирующая. Святой Таня никогда не была, а после истории с Глебом прошлась катком по многим мужчинам. Она их приманивала, давая надежду, потом, наигравшись, бросала, катала на эмоциональных качелях, пока не наскучит. Но Таня не была настолько порочной, чтобы мучить тех, кто был в нее влюблен. Да и были ли такие? В ее сети попадались самцы, возомнившие себя охотниками и ощутившие тяжесть в паху при виде легкой добычи.
Таня никогда не нападала первой. Как только на горизонте появлялся очередной горе-соблазнитель, она вначале подыгрывала ему, создавая иллюзию, что желаемое близко, а потом водила по кругу, как жука на ниточке.
Наверняка, в Таниной матрешке было много разных куколок. Но последнюю куклу-малышку она не показывала никому и сама мало о ней знала.
При виде Петра и Лизы Таня ощутила укол ревности. Она старалась не быть излишне мнительной, но расценила их общение как попытку мужчины зайти на чужую территорию с тыла. Всегда хорошо иметь своего человека в стане врага.
Заметив Татьяну, Петр хитро улыбнулся и немного фамильярно, как старый приятель, окликнул:
— Татьяна Сергеевна, доброе утро! А я уже навожу мосты с вашим отделом.
— Я вижу, — она повторила его интонацию, бегло глянула на Лизу, которая стушевалась и попыталась спрятать глаза. Затем Таня многообещающе процедила: — Встретимся на совещании, Петр Андреевич.
Рванув вперед по ступенькам, Татьяна проскользнула в двери, спустя секунды оказалась за турникетами и шагнула в лифт, не дожидаясь парочки, отставшей на десяток метров.
Сев за стол, она решила еще раз проанализировать ситуацию. С одной стороны, было очевидно, что Петр, в отличие от своего предшественника, не станет наступать путем прямой агрессии и скандалов. Это и хорошо, и плохо. Запаса прочности для отражения таких атак у нее не осталось. Но с другой стороны, когда человек ведет себя подобным образом, его гораздо проще представить дураком в глазах руководства.
А Петр не дурак. Мягкая сила, популярность среди коллег и начальства, имидж хорошего парня придают больший импульс карьере, чем грубый напор и любые профессиональные компетенции.
Что ж… Только он не понимает, с кем связался.
В этот момент Таня неожиданно почувствовала прилив сил, и на ее лице заиграла улыбка.
Глава 9. Игра
Воздух в офисе как будто прояснился и стал легче. Вдобавок из корпоративной кухни разнёсся такой плотный, манящий запах кофе, что Таня встала, разгладила руками складки на юбке и, приосанившись, промаршировала туда с довольным видом.
Заходя за угол, она уже представляла, как поднесёт чашку к губам, но резко застыла в нерешительности и даже выругалась про себя. Пётр сидел за барной стойкой и пил напиток, запах которого и приманил её. Заметив Татьяну, он сухо поднял взгляд и резко отвёл его в сторону, а затем и вовсе деловито уткнулся в лежащий на столешнице смартфон, водя пальцем по экрану.
Таня продефилировала мимо и, став к Петру прямой спиной, невозмутимо приступила к манипуляциям с кофеваркой. Последняя, как на зло, не поддавалась. Лоток с водой предательски заклинило. Таня дёрнула раз, перевела дыхание, дёрнула ещё раз. На фоне её энергичной бравады секундами ранее эта заминка выглядела комично. Ну или ей так казалось.
Когда чувство бессильной злости достигло пика, Таня почувствовала лёгкое касание. Пётр бесшумно возник рядом и, подхватив ручку чуть пониже её ладони, резким коротким рывком достал капризную посудину. При этом мужчина оказался непозволительно близко. Таня ощутила его тёплую грудь плечом, на пальцах остались ощущения после недолгого лёгкого касания. Быстро собравшись с духом и искоса повернувшись к нему лицом, она процедила: