Яков зло хлопнул дверью, оставив Лику на пороге. Не найдя слов, она не стала добиваться продолжения разговора, и через минуту послышался звук шин отъезжающей машины.
— Ты совсем охренел?!
Виктория, всё это время находящаяся в холле, видимо сдерживаемая Марком, вскочила с пуфа и бросила в Якова губку для чистки обуви, лежавшую как раз под рукой.
— Как меня достала твоя работа! Они уже у нас дома! Дальше что?! Нас убьют?! Орёте на всю улицу! Или это что-то личное?!
Тут даже Марк не смог сдержаться и засмеялся.
— Это вряд ли.
Девушка, словно фурия, молниеносно развернулась к нему и закричала:
— Марк! Свали уже домой!
Не ожидая такой резкости в свою сторону, Марк опустил голову, как наказанный ребёнок, отправленный в угол, и побрёл к двери. Яков протянул ему руку для прощального пожатия и шепнул вымученное: «Спасибо».
Глава XI. Кто не любит разбавить обстановку?
В ресторане было многолюдно. Стучали приборы, гудели разговоры, играл ненавязчивый эмбиент. Яков терпеть не мог все эти вычурные заведения с дизайном, кишащим золотыми атрибутами, но отказать Виктории не мог. Тем более она так спонтанно позвонила ему и предложила поужинать в ресторане около её работы, что отказываться было даже как-то невежливо.
Был вечер воскресенья, но Виктория посвятила этот выходной работе, в очередной раз — кто бы говорил, что Яков отдаёт много времени работе, — и теперь опаздывала к назначенному часу. Яков терпеливо ждал, успев выпить уже три стакана апельсинового сока. Обычно жена встречается здесь с подругами, но вряд ли позволяет себе опаздывать к ним. Яков устал и вспотел, новый классический костюм, что недавно подарила Виктория, передавил ему плечи и был слишком тёплым для сидения в зале, полном народу.
— Яков, привет! — Виктория кричала на весь зал, махая ему рукой.
«Как после рабочего дня ей удаётся оставаться такой красивой… и шумной?»
Мужчина поднялся с места и хотел приветственно поцеловать жену в губы, но та подставила щёку, шикнув на него, что в таком месте это не принято.
— Закажешь нам шампанского?
— Ого. Тяжёлый день? Или какой-то повод?
— И то и то, — девушка лукаво улыбнулась.
Официант принял заказ на два стейка рибай, салат и бутылку шампанского.
— Ну, как ты? Удалось отдохнуть от ночной атаки сталкеров-потерпевших?
— Не успел. Теперь ещё больше думаю об этом деле. Были свободные выходные, а я никак не мог перестать думать о работе.
— Расскажешь?
— Ты же знаешь, что нет.
— Знаю. Но до вчерашней ночи я точно не знала, что кто угодно может заявиться к нам домой и устраивать сцены. Марк меня еле остановил, я хотела выйти и спустить её с крыльца. Я очень разозлилась, и на тебя тоже.
— За субботу бойкота я успел это понять. Странно, что ты позвала меня на ужин, я думал, мы не разговариваем до сих пор.
Яков улыбнулся на реакцию Виктории, которая посмотрела на него исподлобья. Одновременно с этим внезапно возник официант, поставив на стол большое блюдо с салатом из сливочного сыра и баклажан в кляре. Остальной заказ, состоящий из двух скромных тарелок с мясом, выглядел весьма скудно. Не успел официант открыть бутылку, как Виктория забрала её:
— Мы сами. Спасибо! — Она разлила игристое по бокалам и, выпив, продолжила: — Я решила, что мы слишком часто ругаемся в последнее время. От этого только хуже.
— Согласен. Выпьем за это! Мы в чём-то согласились!
— Подожди, — жена заёрзала на месте. — Я говорила сегодня с отцом.
На этих словах лицо Якова будто потемнело. Разговоры Виктории с отцом о муже никогда не заканчивались ничем хорошим для последнего. Виктория была очень близка с родителями и прислушивалась к их мнению. У Якова же была только мать, с которой он не ладил и не поддерживал связь, та предпочла общество нового мужа вместо сына. В связи с этим семейству Виктории никак не давало покоя свободное положение Якова, ведь молодому мужчине необходимо обязательно считаться с волей старших.
— В общем, у отца появилась отличная новость для нас. Для тебя! — жена сделала торжественную паузу, но, не получив никакой реакции, продолжила: — В компании освободилась должность начальника отдела безопасности. И ты принят!