— Почему нет. Включайте. — Лана вскинула голову, впервые встретившись взглядом с инспектором. У неё были миндалевидные зелёные глаза, напоминающие изумрудный бархат.
Помимо протокола инспектор всегда записывал допрос на диктофон, чтобы в дальнейшем можно было прослушать показания в любое время.
Выполнив все подготовительные мероприятия с документами и оформлением шапки протокола, Яков вздохнул и, прежде чем начать печатать в тон словам Ланы электронные слова в экране монитора, решил спросить:
— Лана Николаевна, почему вы пришли без адвоката?
— Потому что я ничего не сделала. И, я надеюсь, вы поможете мне доказать это.
— На данный момент с телом вашей матери проводятся необходимые экспертизы. И я никак не смогу помочь, это работа адвоката, собственно, поэтому я и спросил про него. Не из праздного интереса.
— Сколько это займёт? — проигнорировала слова инспектора Лана, обратив внимание только на слова об экспертизе.
— До месяца. Надеюсь, когда я получу отчёт о причине смерти, всё встанет на свои места. А пока расскажите мне, как всё было. И, прежде всего, кто такой Иво?
Глава XII. Версия Ланы
— Ты вчера призналась мне во всём, так позволь и мне сказать кое-что. — Голос Иво был холоден, он остался безразличен тираде, предшествующей его словам. Лана не удержалась и сказала, что им лучше расстаться и никогда не видеться, испытывая стыд от неловких прелюдий, что произошли несколько минут назад. Всё-таки она не сможет себя пересилить, как бы ни пыталась.
Они, казалось, уже целую вечность сидели на веранде у камина после ужина фирменной пастой Иво и стыдных событий, от которых Лане хотелось провалиться сквозь землю.
— Я не буду просить тебя остаться. Просто хочу спросить: ты реально думаешь, что такой парень, как я, действительно влюбился в тебя, увидев на сайте, и написал? Зачем мне нужна престарелая истеричка?! Ты знаешь, что так нельзя?! У любого мужчины есть потребности, которые нельзя прерывать!
Тон Иво было не узнать, будто в нём поселился отвратительный незнакомец. Лана отказывалась верить, что такие слова исходили из уст парня.
— Но знаешь, в какой-то мере я к тебе всё-таки привязался. Несколько лет назад историю твоей болезни прислали моему деду на имейл, коллега просил помочь советом. Я прочёл её и решил внести поправки в твою унылую жизнь. Посмотри на себя. Ты такая жалкая, душная. Неужели ты думаешь, что можешь быть кому-то интересна? Я столько лет представлял нашу встречу и так разочаровался. Тебя невозможно терпеть с твоими страданиями.
Лана не знала, что ответить. Иво так резко превратился из обходительного и милого парня в монстра.
— Так ты с самого начала всё знал и просто издевался надо мной?
— Слушай, поначалу я даже думал, что влюбляюсь в тебя. Думал, что ты расшевелишься и мы хорошо проведём время. Но ты такая занудная. Кажется, ты и правда не годишься даже для минутного пользования.
— Ах ты, мелкий ублюдок!
Лана была вне себя от ярости и шока. Она ведь раскрыла себя полностью, отдала Иво каждый нерв. Девушке захотелось содрать с себя кожу живьём, настолько она чувствовала себя униженной, будто облитой ведром самой отвратной несмываемой гнили.
Сама от себя не ожидая, она наотмашь зарядила Иво пощёчину. Иво сначала неподдельно удивился такой реакции, а потом, толкнув Лану в грудь, схватил её за волосы, тем самым оттянув голову назад. Девушка, сгорающая от желания уничтожить его, снова попыталась ударить, но не вышло, Иво крепко держал её. Несколько секунд они смотрели друг на друга испепеляющими взглядами, полными ненависти. Иво тянул за волосы всё сильней, боль отдавала в виски, но Лана от злости не хотела сдаваться и тоже схватила его за густые пряди. Неожиданно Иво подался вперёд и грязно поцеловал Лану. Девушка скривилась от слюны, которой он обильно покрыл её губы и подбородок, и вдруг ощутила, что ей стремительно поплохело.
Лана упала на пол, стукнувшись головой, Иво не стал препятствовать этому, уже стоя над девушкой, он поправился и отряхнулся. С его лица не сходила мерзкая ухмылочка. Голова Ланы пошла кругом, изображение поехало, силуэты искривились, а ноги и руки будто стали составлять тонну в весе, она не могла пошевелиться.
— Ты проявила хоть какую-то страсть! Удивительно! Даже интересно, что бы ты сделала, если бы я не подмешал в вино седативное.