Бардесса стояла на крыльце таверны и наслаждалась видом на море. На ночном небе ярко светил полумесяц, отражаясь на поверхности воды. Рядом с причалом пришвартовался корабль, плавно покачиваясь на волнах. Прибыл несколько дней назад и завтра вновь отправится в Люрс с новыми пассажирами.
Марион поёжилась от прохладного ветра. Из «Клешни краба» доносился шум: посетители продолжали веселиться, но уже без самой исполнительницы, так как эльфийка изрядно устала не столько физически, сколько морально. Энергию моряки забирали больше, чем отдавали. Но её труд практически окупился. Пьяные мужики бросали под ноги девушки монеты, и она насчитала двадцать медяков, три серебряные и даже одну золотую.
Де Триэль рассматривала чеканную монету с изображением головы пегаса. Валюта Ааналемии. И самая дорогая. Так что бардесса не обеднеет, когда доберётся до Ниргамы. Страна небольшая, но зато расценки неплохие, и тамошний герцог молодой, но справедливый. Народ не обкрадывает, и жители платят минимальную сумму собственного заработка за налоги. В будущем Марион планирует остаться там, если власть, конечно, не сменится.
Из таверны внезапно вышли два пьяных моряка. Наверное, хотят свежим воздухом подышать.
- О-о-о, эт наша певичка... - улыбнулся один из них, оперевшись о своего товарища. Кое-как на ногах стоял.
- Ага... рыбонька, идём... с нами выпьем. Ещё чё-нить... споёшь.
Эльфийка нахмурилась и проигнорировала их. Пьяных она на дух не переносила, поэтому лишний раз старалась не пререкаться и не контактировать с ними.
- Молчание - знак согласия, пошли! - пьяно воскликнул мужчина и схватил эльфийку за предплечье.
Девушка возмущённо посмотрела на нахала.
- Пожалуйста, господин, уберите от меня свою руку, - с нажимом произнесла Марион. - Я не желаю никуда с вами идти. Попрошу вас оставить меня в одиночестве.
- Да мы просто выпьем и всё, не ломайся, - второй моряк, качаясь, подошёл с другой стороны. - Отдохнёшь, расслабишься.
- Благодарю за заботу, но я не нуждаюсь в вашей компании, так что, повторюсь, отпустите мою руку и оставьте меня в покое. Или я буду вынуждена применить силу. Вы не имеете право трогать меня без моего согласия.
Мужчины расхохотались.
- Боимся, боимся.
- Не серчай, красавица, пошли.
На кончиках пальцев девушки начал появляться розовый свет. Она направила магический поток в ладонь и приготовилась читать заклинание. Она умеет за себя постоять. Это грозит её репутации, как менестреля, но терпеть такие выходки она не намерена.
- Эй, воблы сушёные, а давайте со мной отдохнёте?
Марион повернула голову и увидела в проёме двери драконида. Он держал в руке бутылку с элем, облокотившись о косяк, и чуть ли не прожигал взглядом моряков.
- Пока я добрый, можете по-быстрому свалить нахрен отсюда без синяков. Шевелите ластами, дважды повторять не буду.
Мужчины тихо ругнулись и, переплетая ногами, стали заходить обратно в помещение. Похоже, слишком медленно, так как Тартрон рыкнул на них. Они будто сразу протрезвели и бегом вошли в таверну, громко хлопнув дверью.
Драконорожденный хмыкнул и отпил эля, затем посмотрел на шокированную бардессу.
- Что ты там говорила? Извиниться? - ухмыльнулся он. - Это сойдёт за извинение?
Похлопав глазами, Марион наконец пришла в себя и прочистила горло.
- Премного благодарна вам, господин, - спокойно сказала она, стряхнув с предплечья невидимую пыль. - Вы выручили меня и спасли от неприятнейшей ситуации. И, если ваши извинения считаются искренними, то я, разумеется, принимаю их. Вы прощены.
«Откуда же ты такая взялась?» - подумал Тартрон и прыснул со смеха, отпив ещё алкоголя.
- Ну что, Птичка, начнём знакомство заново?
«И откуда же ты такой выполз?» - хмыкнула бардесса и сделала два шага вперёд.