Далее майор дежурно спросил, не надумал ли пойти в Комитет вольнонаёмным, выслушал третий по счёту отказ, пожал плечами и отбыл на Лубянку. Ага, нашли дурака аттестоваться в чекисты. Там возможность подработки перекроется наглухо, а так к 65 «сторожёвским» рублям «капают» калымы за портреты и прочее, весьма недурная сумма выходит и времени вагон, что для художника, личности творческой, ой как немаловажно.
Пока мои аргументы принимались во внимание, благо заказчик доволен, даже двести рублей премии выдал. По идее, денег и без халтуры полно, ещё и ачинские и крымские заначки нетронуты, да и куда их тратить то в Советском Союзе? Это после в «независимой России» о происхождении капиталов считалось поинтересоваться дурным тоном, типа «коммерческая тайна». А сейчас ОБХСС шустрит, ого как, надо показать откуда денежка взялась на автомобиль, на дачу, на жизнь шикарную.
Не зря же в неснятой ещё картине «Бриллиантовая рука» главарь контрабандистов организует «находку клада» дабы залегендировать покупку «Москвича» последней модели. Кстати, надо все силы приложить для выхода картины, хотя есть стойкое подозрение, немного да иной она будет. Всё-таки меняется реальность, понемногу, но меняется. На ноябрьские праздники в столицу приехал бард с волжских берегов, без пяти минут авиаинженер Валерий Грушин, тот самый в честь которого фестиваль назвали…
А ведь Валера летом этого года должен был погибнуть, спасая тонущих ребятишек, после чего друзья и начнут «грушинские фестивали». Вот тебе и Цвигун вместо Андропова, интересно как судьбу Грушина изменили перетасовки в высших эшелонах?
Валерий привёз десятка три песен, в основном про природу, любовь, светлое будущее и покорение космоса. А поскольку Игорь Никитин дважды исполнял на радио «Маяк» песню «Так что только не дай ему уйти» и считался в Куйбышеве маститым и успешным автором, мне и привёз песни свои и друзей-приятелей живой здоровый Валера Грушин.
– Старик, всецело готов помочь, только сам посуди, какие у меня возможности – сторожем работаю, халтурю, рисуя весьма приукрашенные портреты заводских девчонок без прыщей и чтоб непременно «губки бантиком», нет связей ни на радио, ни тем паче на телевидении. И в союзе композиторов не состою, такой же поэт-песенник с гитарой, как и ты.
– Не скажите, Игорь, «Канатоходец» – сильнейшая вещь. Да и с Высоцким вы дружны, вместе концерты давали.
– Так, Валер, давай на ты. А вот с Высоцким свести не вопрос, но он на неделю улетел на юга, в Одессу, что-то по киносъёмкам. Когда в столице следующий раз будешь – звони, а сейчас переночевать есть где?
Друзей у Грушина в Москве хватало, за три дня пребывания в первопрестольной Валеру таки записали и даже показали по «телеящику». Песня чисто бардовская, о красоте сибирской природы и о равнодушии людей, эту самую природу бездумно уничтожающих. Да в 21 веке такому тексту цены бы не было – экологи-общественники песни грушинские как гимн исполняли бы!
Валера, бросивший вещи в моей сторожёвской «кондейке» (вот ведь судьба у Игоря Никитина и после смерти, когда «Чужой», пользуется биографией и именем, вновь в сторожах оказаться), внезапно объявился с двумя подвыпившими приятелями и в категорической форме потребовал ехать «петь и пить в хорошей компании»…
Времени вагон и маленькая тележка, чего же не поехать, с творческой интеллигенцией не пообщаться. «Сабантуй» проходил в просторной трёхкомнатной квартире на Кутузовском, недалеко от дома вдовушки Антонины. Товарищ Никитин оказался так сказать, «приглашённой звездой», должной в обязательном порядке исполнить свои (Леонидов, Макс, прости) песни про девочку-видение и про «не дай ему уйти»… Вот он, информационный голод середины века двадцатого. Больше месяца прошло, как спел на радио сии хиты, а народ помнит, тут практически у всех репродукторы «бормочут», даже когда телевизор работает, просто звук убавляют. Наверное «эхо войны», хочется людям, чтоб всегда радио вешало, мало ли…
Хозяйка, стильная крашеная блондинка Алла пребывала в разводе, о чём не преминула сообщить во время знакомства, но тут же указала на экс-супруга, по моде бородатого очкастого мужчину, напоминавшего Юрия Власова, но в габаритах заметно пожиже, конечно.
Кто их разберёт, москвичей «шестидесятников», что они там практикуют: раздельно-совместное проживание или шведский вариант, уж больно Аллочка глазками стреляет кокетливо. Но не за этим сюда прибыл, с зиловскими бы бабами разобраться, да ещё и с Антониной надо что-то делать, свихнётся знойная вдовушка, у окошка ожидая разведчика-нелегала Коленьку Писаренко…