Это было просто потрясающе. Она взяла этого человеческого малыша очень нежно и осторожно, боясь причинить тому по неосторожности своими машины под силиконовой искусственной нарощенной плотью андроида гидравлических рук какой-либо вред, а тот радостный, и веселый смотря на незнакомого ему Алексея, заулыбался ему вдруг широкой игривой улыбкой, когда на пороге появилась женщина. Одна из нянечек и воспитательниц из пленных Скайнет и работающих в этом рядом с медчастью детском садике. Он не знал ее имени, но она была видимо иностранкой, толи американкой, толи немкой и была еще врачем и помощницей Юлии.
Она посмотрела пристально и как-то не очень дружелюбно на Алексея. И быстро забрав карапуза из рук Юлии, ушла, унося крикливого вырывающегося из ее человеческих женских рук раскричавшегося на весь больничный блок и коридор трехлетнего малыша.
И он почему-то сейчас вспомнил о их разговоре и о Юлии, и думал теперь о ней, когда шел недавно к Скайнет рядом с Т-1001, Вертой, которая искоса, прищурив свои зеленые робота полиморфа женские глаза, посматривала на него, совершенно не смотрящего почти на нее. И это ей сейчас не нравилось. И как машине и как женщине. И она знала почему. Но молчала. Она повела его сначала по приказу Скайнет к своему хозяину и шла рядом с Алексеем, посматривая на него, на своего уже внешне и фичически практически взрослого пленника и пленника Скайнет, боковым взглядом тех своих ревнивых и неравнодушных робота Т-1001 глаз.
Верта посоветовала ему дать свое согласие Скайнет и не отказывать хозяину ни в чем. И он согласился. Сам не зная почему, но согласился.
Их близкая настоящая беседа была долгой и увлекательной.
Он Скайнет рассказал все о себе, а Машина все о себе, ничего, как показалось, Алексею, не скрывая. Вероятно, пытаясь предрасположить ближе к себе. И было, похоже, между ними наладился некий близкий контакт. Некая уже взаимосвязь между машиной и человеком.
Алексей даже не заметил, как наступил поздний вечер в той близкой наедине при закрытых дверях их беседе. Между той черноглазой убийственной ледяной красоты брюнетки лет тридцати женщины. Женщины с черными вьющимися длинными и живыми, как черные змеи густыми волосами. Сползающими на голую грудь и плечи, уходящих в яркий свет горящего голубоватым светом экрана монитора. И те черные ее с красноватым изнутри отливом призрачного какого-то не мигающего света глаза. Они гипнотизировали его Алексея и притягивали к себе. И тогда, он уже не знал, кого больше всего любил. Ему нравилась Юлия. И стала нравиться рыжеволосая красавица машина из жидкого металла Т-1001, Верта. Как женщина, а не как машина. И вот, стала нравиться и она, эта черноглазая брюнетка лет тридцати с того горящего голубоватым искрящимся живым светом экрана во всю стену блока сканирования и программирования экрана огромного монитора.
Что творилось с Алексеем. Он становился другим, и он это чувствовал. Именно сейчас, понимая, что что-то с ним происходит уже. И это не возможно уже остановить никак и никаким образом. Что это было?
Он просто становился взрослым мужчиной. Настоящим взрослым мужчиной. И окруженный пристальным женским вниманием трех машин в этом бункере Скайнет, он видел перед собой впервую очередь не машины и не роботов, а именно женщин. Красивых женщин. Женщин желающих более близкого с ним общения. И все остальное уходило на второй план.
Алексей уже и не помнил о той, что осталась там, где-то в ракетном подземном бункере. Той, что предала его и подставила. Он не знал этого, но какая теперь разница. Даже если бы и знал, то все равно бы забыл ее, ту, что отдала его в руки Главной Машины, по имени Скайнет. Машины назвавшей, почему-то его своим близким приемником и даже сыном. Женщины, которую он видел с самого детства в своих тех кошмарных снах. И встретил здесь. В этом крепостном железобетонном бункере. Женщины, которой он дал свое согласие, слушаться ее во всем и выполнять любые ее приказы и пожелания. В ответ та обещала ему свободу. И даже обещала выпустить из крепости и из плена, заручившись дружбой.
Она обещала отпустить его Егорова Алексея домой к отцу и матери, когда будут завершены переговоры с местным военным человеческим сопротивлением. И он дал свое ей согласие. Они скрепили этот договор взаимными обещаниями.
Алексей сам не мог понять, но он ей почему-то поверил. Поверил ее невероятно красивым женским черным как темная безлунная ночь умопомрачительной красоты гипнотическим глазам. Глазам под крутым изгибом черных бровей. И он согласился.
Сейчас всем командовал этот робот Т-700 в черном балахоне с капюшоном, Клаус Вернер. Всем охранением секторов всех пленных, и в том числе сектора В-10 и блока Х19.
На него все эти обязанности полностью свалила Верта. И он был ее доверенным подручным по охране крепости. Он командовал здесь всеми машинами охранения. Если технические машины крепости как уборщики и ремонтники работали автономно и под контролем Скайнет, то эти машины были в полном распоряжении этого Клауса Вернера. Робота с горящими линзами красными подвижными глазами камерами в металлическом очень похожем на человеческий череп из танковой брони голове. И под его командованием роботы, снова принесли еду и питье в блок Х19, военнопленным, делая утренний обход всех блоков с пленными и открыв широко двери ворота на электроприводах и гидравлике в тюремное бетонное обширное наземное помещение с решетками на застекленных кварцевым стеклом окнах.
Пленные, потупив свои взоры, молча сели за длинные столы и принялись употреблять принесенный им завтрак, стуча ложками и вилками. Но почему-то теперь молча, лишь поглядывая на роботов.
Американцы Джон и Фредерик, сидя рядом с Яковом и Михаилом, тоже искоса посмотрели на стоящих в дверях тюремного блока вооруженных скорострелками роботов охранников, которые водили по сторонам металлическими с горящими красными глазами головами и тоже сейчас молчали. И только следили за пленными, держа наготове свои ленточные роторные пулеметы.
Они посмотрели и на тот главный командный Т-700, что звался Клаусом Вернером.
Эта машина не могла разговаривать, только издавала электронные жужжащие звуки, командуя своими охранниками вооруженными роторными пулеметами Гаглинга. Но все понимала и слышала, отфильтровывая звуки, и анализировала быстро все, отдавая своим починенным команды. Она обо всем докладывала на дистанции самой Верте и та отдавала Вернеру, тоже соответствующие к выполнению приказы.
Одним словом, этот обновленный Т-700, командовал всем охранением на территории лагеных блоков. Шагающими роботами Т-600, Т-700. Гусеничными FК-танками Т-1 (F-S1B или YEAR 200), Т-100, Т-150(SBS-7A) и Т-170 на литиевых батареях АВ-700. С вооружением, двумя 7,62 мм пулеметами М134 Minigan на поворотных турелях. И более новыми, гусеничными FК-танками «VENOM» и «HANTER» с плазменными тоже двумя 9,25 мм, как и винтовка пехотных роботов-киборгов терминаторов Т-800 и Т850, Вестинзауз МЕ-25, скорострельными двухствольными пушками CBS-90. На ядерном генераторе и батареях IGEY-450 и IGEY-500.
Хотя, машины внешнего охранения ему не подчинялись. Такие как шагающие трехметровые роботы танки, андроиды Т-500Т, с крупнокалиберным плазменным вооружением. Этими машинами командовал лично и исключительно сам Скайнет. Как и боевыми турелями на крепостных стенах и башнях. Даже летающими над эстакадной многоярусной крепостью ОУ-летающими охотниками. Те были исключительно только в его личном подчинении и действовали, только четко по заданной Скайнет программе. Как висящий над базой постоянно в самом воздухе воздушный весь в антеннах дальней и ближней связи радиозонд. Через который, Скайнет вел передачи на дальние расстояния со своими машинами, что время от времени совершали патрулирование в горах и над дорогами. Идущими к самой бункерной его базе S9A80GB18 «TANTURIOS».