Он, майор ракетных войск и правая рука самого Петра Остапенко, Валерий Филлипчук. Весь с ног до головы облитый кровью водителя Павлика Морозова, и своей тоже кровью. Был похож теперь на ползущее по дымящейся и вывернутой наизнанку ударной волной сорванной с камней земле жуткое нечто, чем на самого теперь человека.
Он еле смог открыть дверь вездехода и еле вылез, прямо упав под ноги уже подошедшего к нему терминатора Т-800. Хватаясь руками за ноги и военные ботинки военной боевой стратегической машины. А робот смотрел на него, сверху сличая его профиль личности со своими, его хозяином заложенными данными в базе данных машины.
— «Личность не установлена» — было выдано в считанные секунды на встроенном 20000000битном мониторе Т-800 — «Данных нет. Подлежит ликвидации».
И расстегнув на широком кожаном, туго затянутом на узкой талии ремне кобуру со звездой Советского офицера лейтенант Василий Смирнов, достав девятимиллиметровый пистолет ГШ-18, сделал несколько выстрелов в голову майора Филлипчука, прямо на глазах лежащего недалеко отсюда самого майора Виктора Кравцова. Который чуть приподняв свою контуженную и оглоушенную голову и практически не слыша ничего, видел своими налившимися кровью вытаращенными от той контузии глазами, как машина ликвидатор разобралась с еще одним офицером его ракетного бункера.
Кравцов ощупал себя медленно руками. Проверяя все ли на месте. Все ли цело. Ощущая ноги и свои руки. И то, что они, вроде бы были целы. Ни переломов, ни вывихов, только боль от сильных ушибов.
Он смотрел, не отрываясь на стоящую чуть поодаль от него над трупом майора Филлипчука машину Скайнет, прекрасно понимая, кто это. Также как сразу увидел в той девчонке робота. Даже офицеры бункера сразу это не определили, а он увидел. Не потому, что даже был в доме Егорова Дмитрия раньше и знал, кто там должен жить. Он просто чувствовал кто машина, а кто человек. Это своего рода охотничье чутье, как у той стоящей над трупом Филлипчука машины в облике живого человека, и смотрящей теперь на него своими вроде бы живыми синими, но абсолютно холодными и равнодушными к любым мольбам и страданиям людей убийцы Скайнет глазами.
Можно сказать, они стоили друг друга Кравцов и тот робот. Два заклятых врага, человек и машина.
Он Виктор Кравцов, смотрел на стоящую над только, что убитым ею майором Филлипчуком машину Скайнет, которая смотрела, теперь на него, но не сходила пока со своего места. Она рассматривала его и видно, что-то думала, прежде чем, что-то по отношению к Кравцову предпринять.
И пока она думала, он, шаря, обеими руками рядом с собой по земле нашел свою автоматическую винтовку ВАЛ. К счастью или к горю, но ВАЛ был на ремне. И закинутым им же на его спине Кравцова в момент, когда ударная взрывная волна захлестнула их летящий и удирающий от нее по узкому горному ложбины коридору гусеничный вездеход. И теперь этот автомат лежал на том же ремне у него на левой руке и рядом с ним. Он просто слетел со спины и лежал рядом. Кравцов вылетел из кувыркающегося уже по земле вездехода из разлетающегося в стороны кузова, через порванный тент, вместе с лейтенантом Виктором Бондаренко. И упал на землю, отключившись от удара. Ударная волна, прокатилась над ними дальше, унося с собой деревья и стадо бегущих уже по ее раскаленному в поднятой земляной пыли и огня оленей маралов. Сжигая их заживо, превращая в летящий по летнему июньскому воздуху пепел. И сам огонь, просто обошел как-то Виктора Кравцова поверху. Как и только, что убитого киборгом ликвидатором лейтенанта и тезку Кравцова, Виктора Бондаренко.
Кравцов нащупал среди валяющихся рядом с ним обожженных огнем еловых и сосновых шишек автомат, аккуратно беря его правой рукой и подтаскивая к себе и ложа на свою грудь. Берясь уже обеими руками за цевье и рукоять с откидным прикладом. Он почувствовал, как лег указательный палец правой руки на курок. И стал ждать, когда киборг в облике офицера ракетных войск и в такой же, как и он, в камуфляжной зеленке подойдет теперь к нему, чтобы вероятно также и его прикончить.
Виктор Кравцов не боялся смерти, и он был не трус. Просто он не хотел, вот так умереть, как умерли те двое из его ракетного бункера. Как-то не по-военному. Скорее, просто как жертвы охоты. Такой же охоты, какую он вел сам на киборгов Скайнет. Он хотел последний раз, хоть засадить целый магазин в этого стоящего над человеческим трупом терминатора. Который стоял и смотрел на него, и прекрасно видя, что Кравцов живой. Пока живой. Но, почему то еще стоял и смотрел на него.
— «О чем ты сейчас думаешь, тварь?!» — он говорил про себя — «Ведь ты сейчас о чем-то думаешь! Ведь так? Ублюдок железный! Ну, подходи же, чего ждешь! Походи! Угощу по полной бронебойными! Будешь о майоре Кравцове помнить всю жизнь оставшуюся, если выживешь!».
И киборг пошел на него. Убрав в кобуру пистолет ГШ-18. Повернувшись, он быстро пошел на Виктора, снимая с себя такой же ВАЛ, как и у Кравцова. И беря его в правую только свою робота терминатора руку, уперев откинутым прикладом в свое правое плечо машины.
Виктор Кравцов быстро вскинул и направил в сторону Т-800 свой автомат Вал, когда робот, почти к нему подошел и нажал на курок. Раздалось три выстрела очередью. Но только три… И автомат заклинило…
Пули все же попали в подошедшую, почти в упор к нему лежащему человекоподобную машину. Одна в левую ногу в бедро ноги, распоров вскользь штанину пятнистого камуфляжа и с кожей плоть, войдя до самого манипулятора бронированного титаном ноги машины. И застряв там стальным сердечником и расплющившись свинцовой оболочкой. Брызнула кровь и потекла по ноге машины ликвидатора.
Две другие пули попали в область живота робота и пролетели насквозь, через его спину, не задев ничего из механизмов машины. Только пробив насквозь одну лишь нарощенную человеческую на эндоскелет плоть Т-800. Порвав только одежду и измарав ее тоже человеческой кровью, что подавалась из гидронасоса, запитанного на ядерный генератор киборга. И питала живые ткани человекоподобного камуфляжа машины.
Но киборга Т-800 это не остановило даже. Будто он это даже не почувствовал. И он действительно это не почувствовал. Он не был гибрид и не имел такой разветвленной усиленной нервной системы как роботы гибриды Скайнет. Лишь слабое ее подобие для осязания. Это была машина для убийства и войны. Еще для разведывательной и диверсионной работы Скайнет. Машина для открытого боя на линии фронта. Как поодиночке, так и в массе. Машина истребительного класса. И лучшая машина за всю войну Сканет. Лучшая машина из всех им созданных во второй половине войны. И заменившая все другие устаревшие машины. Именно эта машина спихнула с первого места роботы Т-600 и Т-700 и заменившая их на самом фронте войны.
И эта машина, выбив ногой, автомат ВАЛ молниеносным пинком, из рук Виктора Кравцова быстро нагнувшись, схватила его за шею. Схватила левой одной манипулятором рукой. Мгновенно оторвав его тело, от самой земли, стряхнув с майора Кравцова земельную пыль и пепел от сгоревших животных и растений.
Кравцов даже, не увидел, куда его ВАЛ улетел, но удар был такой, что чуть руки ему не выбило, и не оторвало пальцы на руках, держи он крепче сейчас оружие. Хорошо, что ремень он скинул с левой руки.
И робот его поднял перед собой, рассматривая его как игрушку или зверюшку своими под человеческими глазами в стальных глазницах своего бронированного черепа горящими красным холодным, как ядерная сама война линзами подвижных видеокамер.
Кравцов даже их увидел, горящие из-под тех синих зрачками холодных человеческих глаз, и как они его рассматривали.
Робот что-то сейчас думал и решал. А на самом деле, получал инструкции от своего хозяина. Что с ним делать, и что дальше.
Т-800 получил всю информацию о майоре ракетных войск Викторе Кравцове и то, что он, очень нужен самому его Богу и хозяину Скайнет. И что должен был быть доставлен в качестве боевого трофея самому Скайнет. Он имел прямое отношение к пленному теперь его Скайнет солдату Алексею. И сам Скайнет хотел увидеть лично этого лесного партизана героя, так долго не попадавшегося ему в руки. Почти как тот неуловимый американский герой освободитель Джон Коннор, который теперь уже не играл никакой роли и был никем там в той охваченной войной за освобождение от машин Америке. О нем позаботилась его преданная Верта. Но Кравцов был куда желаннее даже Коннора. И Скайнет его хотел заиметь, также — как, хотел заиметь для себя в качестве сына Алексея.