Юлия отпрянула назад, оторвавшись, словно напуганная и растерянная, глядя, также растерянно и напугано в синие как летнее небо глаза его Егорова Алексея. Своего доверенного Скайнет ей подопечного. Она вперед выкинула свои руки и намертво придавила ими с силой в самую грудь Алексея. Вдавливая силой гидравлики и сервоприводов под нарощенной силиконовой кожей и плотью его тело в постель.
— Юлия, я люблю тебя — произнес он ей, чуть не задыхаясь от силы машины. А она стояла как вкопаная и смотрела на него, широко открыв свои напуганные и растерянные девичьи машины врача глаза.
— Юлия — произнес он, ей, придавленный намертво ее руками робота к постели — Ты никогда не целовалась? Когда была человеком?
Он не мог даже пошевелиться. И уже подумал, что зря все это сделал. И что ему уже конец.
И вдруг она, отпусила его и упала на его мальчишескую грудь своей полненькой грудью и впилась в его живые мальчишеские двадцатилетнего парня солдата и пленного губы. Он даже ощутил, как у Юлии заколотилось где-то в глубине в груди живое девичье сердце, и загудел генератор машины и батареи.
Она действительно была человек. Человек в теле машины. Там, где-то в самой ее глубине за силиконом, так похожим на живую плоть и кожу. Где-то, внутри самого робота металлического эндосклета из сервоприводов и механизмов. Там была настоящая живая Юлия. Даже, не смотря на сомещенный с живым человеческим ее нейронный робота гибридный мозг.
— Я целовалась — произнесла она ему — Это было давно, когда была первая человеческая любовь. Когда не было этой кошмарной войны. Алеша, я тоже люблю тебя — она снова опустила к нему свое человека и робота в одном лице миленькое чернобровое личико, снова укрыв его своими русыми длинными распущенными волосами. И сама уже впилась в его мальчишеские губы.
Потом Юлия оторвавшись от губ Алексея, произнесла ему — На этом и закончим Алеша.
— Но, почему? — произнес удивленно, и, чувствуя как любовный жар, охватил его все молодое пленного двадцатилетнего солдата тело. Такого он не испытывал еще никогда. Даже целуя Светлану Лескову.
— Почему, Юлия? — произнес Алексей, потянувшись губами снова к силиконовым губам робота Юлии.
— Потому, что я робот, а ты человек, Алеша — произнела человекоподобная машина.
— Но ведь ты же, говорила, что ты не совсем робот — он произнес ей — Только внешне?
— Я и хочу быть снова и полностью человеком. И хочу чувствовать себя человеком, любимый мой Алеша — произнесла робот Юлия.
Живая, как настоящий человек, машина приподнялась над лежащим на постели Алексеем и произнесла — Когда-то я была человеком, полностью человеком — произнесла Юлия — И хозяин обещал мне сделать меня снова человеком.
— Кто хозяин, Юлия? — спросил Алексей ее.
— Скайнет — ответила андроид Т-S/A017 Юлия — Он обещал мне заменить это тело на новое. Из живой плоти и кожи. Я рассказала ему о том, что люблю тебя Алексей. И он обещала мне.
— Но ты и так красивая и практически не заметно, что это силикон- произнес Алексей ей — Губы у тебя как живые. Даже теплые.
— Тебе так показалось, Алеша — произнес Т-S/A017 — Я хочу теперь живое тело, как и то, что внутри меня. Это теперь мне небходимо. И Скайнет обещал дать мне его. У нее есть разработки полностью живого человека. И она обещала мне это. Обещала создать живое полностью человеческое тело. Обещала сделать меня снова человеком.
— Она, Скайнет? — произнес Алексей — Она, что женщина?
Он Алексей, сразу вспомнил свои те жуткие сны с той усыпанной человеческим серым пеплом с ног до головы обнаженной и обвешанной длинными вьющимися как живые черными шевелящимися волосами молодой черноглазой женщиной. Женщиной протягивающей ему свои руки и зовущей к себе. Где он, почему-то зовет все время ее мамой.
Юлия поняв, что преждевременно осеклась, быстро сменила тон речи и разговора.
— Не будем больше говорить об этом — Юлия резко оборвала его — И делать так пока, Алексей, тоже не будем — произнесла Юлия ему — Ей это может не понравиться.
Глаза Юлии сверкнули из-под силиконовых глазных под человека подвижных глазных яблок в металлических глазницах робот ярким красным светом в темноте ночной больнисной одиночной палаты. И робот андроид Т-S/A017 Юлия, отвела их в сторону.
— Почему Юлия? — спросил, почти панически и недоумевая Алексей.
— Потому, что нельзя — произнесла Юлия, робот серии андроид. Робот гибрид из силикона и живых внутри врощенных органов. Первый и единственный такой робот в этом бункере Скайнет. Прототип всех последующих гибридов машин этой серии. И Алексей поцеловал первый раз в эту ночь человека и одновременно машину.
— Но, почему, Юлия? — Алексей теперь недоумевал. Ведь все начиналось так прекрасно.
— Сам поймешь скоро почему? — ответила, робот Юлия — Она объяснит сама тебе.
И она, повернувшись в своем белом врача халатике от его постели, и не оглядывась быстро подошла к стоящему невдалеке от постели Егорова Алексея больничному в его палате столику. Взяв быстро журналы с больничными записями, также, быстро не попрощавшись, вдруг вышла, лишь оставив приоткрытой входную дверь.
06 мая 2032 года.
Восточная Сибирь.
Бывший Красноярск.
Территория Скайнет.
Лагерь S9А80GB18 «TANTURIOS».
Левый берег. Цитадель А.
Трехэтажный наземный блок Х17.
Сектор В-16.
07:24 утра.
Верта стояла снова у своего окна на третьем этаже наземного бетонного строения над бункером ее повелителя и хозяина. Она включив ночное и тепловое зрение, снова осматривала всю крепостную цитадель и небо над боевыми поворотными с тяжелым плазменным и ракетным вооружением турелями на крепостных круглых башнях цитадели А, и летающими над крепостью патрульными реактивными машинами ОУ- воздушными охотниками. Зарождался новый день, и где-то очень далеко за горизонтом, в прорыве черных облаков, появилась узкая полоска утреннего света. Над горами и Енисеем. Верта следила ледяным ничего не выражающим сейчас зеленым взглядом своих жидкометаллических глаз за конвойными машинами, сопровождающими по ее личному распоряжению и по приказу Главной машины пленных военных на работу в сектор Б.
Требовалась уборка аэродрома. Особенно после такого проливного ливня. Было много застоявшейся воды и мусора, который она нанесла. Требовалась снова уборка территории крематория на правобережной стороне Енисея. Там за пятью мостами из железобетона через реку.
Здесь всю территорию убирали машины, а там, пока не было никого, кроме роботов охранников крепости Б. И сейчас как раз грузили пленных. Целую группу из блока Х19 сектора В-10 в скотовозки машины на литевых батареях, что и у старых FK-танков КSI-340, генераторах и электродвигателях, управляемые роботами Т-600 и Т-700. Под охраной и в окружении FK-танков Т-1 и Т-100.
В плотном оцеплении из вооруженных роботов всех кого определили на работы, загрузили в закрытые полностью, почти без окон машины, если не считать узкие зарешеченные застекленные прорези, и они поехали в сторону одного из пяти мостов через реку на ту сторону Енисея.
Для Верты гроза была не новость. Она видела такое там в прошлом. И видела такой проливной дождь неоднократно. В отличие от всех машин этой цитадели. Даже Юлию гроза напугала, но она тоже знала, что такое проливной дождь с грозой. Юлия была человеком в теле машины и помнила это чудесное явление природы еще с того времени когда не была еще машиной. Но уже почти забыла. Это было лет больше двадцати назад, когда Юлия была еще маленьким ребенком.
Да и многие из пленных кто родился в войну, понятия не имели, что такое дождь. Только те, кто жил до ядерной войны. Но таких здесь было немного. Большая часть стариков, либо умерла, либо погибла. А молодые, родившиеся в ядерную уже зиму, понятия не имели, что такое дождь и гроза. И их здесь было много.