Еще с утра она, стоя у окна своего кабинета, на верхнем третьем этаже, впитывая свет и жар восходящего солнца всем своим полиморфным жидкометаллическим телом машины Т-1001, подзарядила свои плазменные молекулярные батареи SUSAR-1000 от внешнего теплового яркого и горячего источника. От восходящего солнца. В отличие от роботов Т-800 и Т-850, которым для подзарядки нужен был конкретный источник питания. Генератор ядерной энергии или реактор. Подключившись к нему через высоковольные провода, машины этих серий достаточно долго заряжались. Или им необходимо было место с очень высокой температурой, например источник сильного пожара и огня. Чтобы раскалив свой бронированный робота терминатора титановый или из колтана эндоскелет, получить нужное количество тепла и энергии для зарядки ядерных и водородных тепловых батарей IGEY- 500 или IGEY-700. И если машина была покрыта биоплотью и человекоподобным камуфляжем, то роботы, даже самые продвинутые из всех роботов киборгов Т-888, не могли себе такое позволить при выполнении скрытых разведывательных задач. Это был недостаток. Как и то, что машине нужно было, почти отключиться для пополнения источника питания. Впасть в кибернетический короткий сон и сделать перезапуск после этого всех систем машины. И машины, понимая это, не могли такое себе позволить, чтобы не быть демаскированными на виду противника. Или тем более во время боя.
Роботы тясячной серии, могли вести дополнительную подзарядку тепловых уже плазменных батарей даже от горячей воды или солнца. Причем на ходу и при активной работе. Даже, просто положив свою руку из жидкого металла на горячую электроплиту. Не отключаясь для перезапуска. Даже от малоемких источников тепла. Даже от просто горячего из разорванной трубы летящего пара. Так могли делать только машины из полисплава, впитывая тепло от любого источника теплового питания и заряжаясь. Этот новый источник питания был, практически не иссякаем. Как существование этих машины. Позднее такую функцию подпитки от всего, что дает тепло, будут имееть новые андроиды Т-Х с такими же плазменными батареями, только не на молекулярной, а на твердой основе.
Завтра прибывал транспорт ОУ НК- AERIAL V5 «TRANSPORT» из-за океана. В окружении летающих машин из новой серии, сменившей в 2030 году модели летающих охотников ОУ НK-AERIAL V1 и V2, выпуска 2019 и 2027 годов на ОУНК-AERIAL V4 и V5, в том траспорте под прикрытием огромного гигантского робота Харвестера по имени Халк, одного из пяти таких машин, оставшихся на главной заокеанской базе и по периметру ее защиты. Прибывал Рэджи, робот Т-888 из личного охранения базы Скайнет в Штате Колорадо S9A80GB17 «TANTAMIMOS». В окружении и под прикрытием десяти Т-800. Из личного окружения самой Верты.
12 мая 2032 года.
Восточная Сибирь.
Бывший Красноярск.
Территория Скайнет.
Лагерь S9А80GB18 «TANTURIOS».
Правый берег. Цитадель Б.
Территория ДЭПО, аэродрома и крематория.
Сектора В-8 и В-9.
09:12 утра.
— Этот старый крематорий убьет нас — проворчал Михаил Якову, глядя на работающих двух американцев Фредерика и Джона — Если он уже не нужен, почему бы его не снести машинам.
— А ты уверен, что он им еще не понадобиться — произнес с горькой иронией Яков, метя мусор длинной из пластика метлой Михаилу — И все же, это лучше, чем мести посадочную площадку аэродрома — ответил Яков Михаилу — Смотри на наших заокеанских друзей, им это занятие даже стало нравится.
— Я заметил, Яков — ответил Михаил — Я так хочу на свободу Яков, душа рвется, и сил нет терпеть уже такую жизнь. Лучше бы здохнуть где-нибудь за стенами этой тюрьмы с машинами, но только подальше отсюда и на свободе. Хоть, вон в тех горах и в лесу — Михаил проговорил тихо Якову, кивком головы показав, на стоящий с утра в густом тумане летний утренний лес и макушки саянских гор — Лучше бы туда и там, где-нибудь сдохнуть, но пожить на свободе Яков. Когда стояла холодная зима, и лежал снег, и то туда хотелось.
Он, вдруг замолчал, потом, что-то пробурчав про себя продолжил — Когда был снег, было чище — произнес, недовольно работая с не особым желанием Михаил — Раньше было, бери лопату да кидай в сторону и подальше. А тут этот ветром нанесенный из-за тех бетонных крепостных стен мусор и пыль с иглоками от леса.
— Давай мети, Михаил — произнес Яков Михаилу — Вон уже смотрит.