В бункере полковника Гаврилова, все знали, что он машина. Не совсем знали какая, но знали, что он робот. Пришлось рисковать и сразу выдать себя. Иначе потом было бы сложнее все это объяснить. И было бы недоверие со стороны человеческого сопротивления. Но, они приняли его как машину и доверились ему как прибывшему из главного штаба на Урале. По приказу Главного штаба военного сопротивления. Из штаба, которого давно уже не было. И они этого не знали. Просто поступили оттуда соответствующие команды. Команды из прошлого через портал времени вместе с прибывшим в этот мир роботом Т-1002 по рации. Это все организовал его повелитель и хозяин. И он теперь строго действовал по его дальнейшей вложенной в машину инструкции в его программу. Огранизовал похищение НК-танка и готовил бойцов в ракетном бункере Остапенко для будущего штурма укреплений Скайнет.
Младший офицер Гуднау сама не знала, чьи приказы выполняла. Но она была машина. Машина из жидкого железа. Просто боевая в своей основе машина. И ее приоритетной задачей было ведения войны и, именно, подготовка будущего штурма крепости Скайнет первый наместе уничтоженного города Красноярска.
19 мая 2032 года.
Восточная Сибирь.
Бывший Красноярск.
Территория Скайнет.
Лагерь S9А80GB18 «TANTURIOS».
Левый берег. Цитадель А.
Лагерный блок Х19.
Сектор В-10.
24:15 ночи.
— Она забрала его себе. Эта черноволосая красивая сука с того монитора — ответил на вопрос Михаила и Якова, почему он снова здесь, Виктор Кравцов — А меня вернули сюда. Но я все равно его увижу, во чтобы мне это не обошлось. Как у меня чешуться руки добраться до этой твари. Всю жизнь мечтал, а тут вот тебе вот она и рядом.
— Если его забрал Скайнет или Верта, то можно о нем забыть — произнес Яков Виктору Кравцову.
— Ну, уж нет — произнес ему в ответ Виктор — Я все равно рано или поздно посчитаюсь с этой электронной тварью. За всех и за свою погибшую на войне семью.
— Скайнет забрал так или иначе кого-то из нашей жизни — произнес снова ему Яков. И все сидящие вокруг них покачали в знак согласия головой — Как нашего старшего здесь до меня Белова Андрея. И мы даже не знаем, что с ним. Так что лучше думай о себе и забудь, о них. Ты теперь пленник Скайнет и на всю жизнь.
— Да, это вы все тут пленники, а я нет — ответил всем, вставая со стула Кравцов Виктор — Чтобы я, Советский ракетчик, майор ракетных войск Кравцов, вот так и сразу ручки сложил и умылся, ну уж не дождетесь от меня такого. Я еще встречусь со своим бойцом Егоровым Алексеем. Зря они сослали после всего, что там было меня сюда, зря. Я добьюсь снова личной аудиенции у Скайнет и у этой рыжеволосой сучки Верты.
Какой-то пленный по имени Владимир, неожиданно, завел вдруг разговор про женщин. Что бункером управляют две женщины. Машины женщины. Скайнет и Верта.
— Я это и с первого раза уяснил, когда меня сюда притащили, что, по крайней мере, одна из них точно, баба — произнес Виктор. И чуть не ляпнул — То, что она меня пихнула, и я ей вставил по самое некуда. И меня ни к чему это не обязывает. Враг, он есть враг.
Он вдруг сразу, оборвал свою речь. И пошел прочь ото всех в сторону умывальника, грубо расталкивая перед собой пленных. Многим такое поведение буйного майора ракетных войск не понравилось. Ни русским, ни иностранцам в этом блоке Х19.
Пора было ложиться, да, и многие уже спали в блоке пленных. Только он засиделся на вечерних посиделках, присоединившись к дружной болтовне пленных во главе со старшим неким здесь Яковом.
Виктору тут все было противно, как и сам плен. Это было не его. Там, где он до этого был в своем выделенном той жидкометаллической роботом стервой жилом благоустроенном боксе, куда было приятнее. Там было хоть пиво. И никто не шумел и на нервы ни капал своим бесполезным болтанием из угла в угол. Даже в ракетном бункере, там, на воле было лучше. Хотя и там, доставали все его майора ракетных войск Кравцова. Но там, можно было хоть на чем-то оторваться за пределами бункера. Например, пострелять в этих чертовых роботов, где-нибудь на проежжей лесной между бывшим Дивногорском и бывшим Красноярском дороге из засады. Или по воздушным охотникам из самого леса, прямо с гор. Или покомандовать сосунками и оболтусами в своем майора ракетчика подчинении.
А тут нечем было совершенно заняться. И это действовало Кравцову на нервы.
Он вспомнил тех в бункере совсем молодых двадцатилетних мальчишек. И вспомнил снова Егорова Алексея. И как душил ту тварь Светлану Лескову своими руками за то, что она натворила.