Уйдя по подснежники в лес, что нужны Дорогим.
Они ожидают, чтоб стать нам намного дороже,
Не просто родными и близкими нашим сердцам...
Подснежников нет, но нарциссы на них так похожи —
Куплю в магазине, соврав, что нашёл я их сам.
А завтра — весна, но зима без борьбы не отступит:
Все лешие спят, нашуршавшись за осень листвой;
Не встретить Ягу, не летает старуха на ступе
(С Италии сын ей прислал снегоход ездовой).
И — кажется мне: заблудился в лесище сей ночью —
Фонарик потух, с «энерджайзеров» выпив заряд.
Не видно во мраке блаженного света воочью,
Но я замечаю, как звёздочки с неба сорят...
Пушинки снежинок, снежинки пушинок — метелит,
А ветра всё нету, танцует метель в тишине.
Царевна Льдяная мне простыни белые стелит,
Постель предлагая, но нет помышлений о сне.
Дорогу домой никогда и никто не подскажет,
А всё потому, что повсюду отныне мой дом.
Хотел позвонить, но увы, вне покрытия гаджет —
Так вот вы какие, Гоморра моя и Содом!
Пора обернутся и стать соляным истуканом,
А я всё иду, как троллейбус по рельсам в снегу, —
Вперёд и вперёд... Наливаюсь гранёным стаканом,
Которым упасть и разбиться в осколки могу.
Пытался кричать, но молчанье мой крик одолело,
Мороз начинает в сосульку меня превращать —
Душе приведение ангела падше запело,
Завторило эхо не в ритм и размер: твою мать!..
А мне бы галантусов где-то найти, чтоб в корзинке,
Как в сказке про дюжину месяцев – братьев Кличко,
Где кот с лукоморья кальян свой сосёт по старинке
На чьей-то «малине», играя на сказки в очко.
Озябший бесёнок всё трётся у ног, как собачка,
Его б пожалеть, да устроить на пару ночлег.
В кармане лежит сигарет полуполная пачка,
Хоть батюшка в детстве внушал, что курение — грех.
А в сказке родиться с концом из брильянтовой грусти
Никак не возможно, бубнил мне, мальцу, логопед —
Ложиться не стал добровольно на ложе Прокруста,
К обрыву грядущего свой не погнав лисапет.
В поход по галантусы смело отправившись ночью,
В февральский мороз, что не так уж могуч и трескуч,
Подснежники я отыщу, впечатления в клочья
Свои не подрав, ведь иначе никак, хоть умучь.
А нет, так нарциссов куплю за заначку на рынке,
Лишь только проснусь и покину заснеженность сна,
В плетёной вручную добротной красивой корзинке,
Ведь март на носу и — наступит бесспорно весна...
Пускай по сакральной, ниспосланной свыше, привычке
На кастинге в рай опозорилась снова душа.
Мой Рим не горит, отсырел, как столетние спички,
А я продолжаю его поджигать не спеша.
Либидо пиратом колышется ветром на рее
За то, что всегда клофелин подсыпало мне в ром.
Мой жизненный опыт талант привязал к батарее,
Желая проверить на деле стокгольмский синдром...
25 февраля 2019.
терминатор В НЕГЛАЖЕНЫХ ТАПОЧКАХ КЛЁШ (глава ТЕРРАРИУМ)
Течёт Рубикон.
Пираний ловлю на хвост —
опарышей нет...
Дрожу, перегревшись от сытости,
Слегка корректируя дрожь.
В моменты своей неумытости
В неглаженых тапочках клёш
Всё чаще не думать не думаю
И мажу зелёнкой глаза,
Чтоб видеть на небе звезду мою,
Что числят своей небеса.
Мой галстук, сродни пионерскому,
Завязан заместо ремня
Протестом безденежью мерзкому.
За этоньки, бездарем мня
Себя неизменно любимого,
Стремлюсь допиваться до дна —
Житьё ты моё буратиново,
Где ж искра во мне, хоть одна?..
Пропалены брюки окалиной
Китайских бенгальских огней,
Сижу в них духовной развалиной
В февральское утро теней.
Уж марта ноль-пять с кем-то выпита,
А я в феврале всё сижу...
Где радость моя — на отшибе та,
Подобна в песках миражу.
Я в счастья чужого оазисе
Играю в очко с бодуном,
Но карты, как черти, что мрази все,
Не прутся и крутят хвостом —
Единым на всех — во, химерия!..
Фортуна со мной на ножах,
На ту не в обиде по мере я,
Хоть та от меня ни на шаг.
Фортуна за мною гиеною
Всё ходит, куснуть норовит.
И, как Мойдодыр с гигиеною,
Добрейший и мыльный на вид,
Желает очистить мне душеньку
Бодун-исповедник лихой,
Да только его все «агушеньки»
Мне впрок не нужны ни на кой.
Давно уж как впору марьяжиться,
Но замуж никто не идёт,