— Значит, огненный шар научит меня колдовать?
— Еще как научит! Разумеется, если ты выполнишь выставленное существом условие… О чем, говоришь, оно тебя просило?
— Открыть ему путь.
— А ты что ответила?
— Пообещала сделать все, что в моих силах.
— Очень хорошо. Тогда теперь тебе нужно еще раз связаться с существом и подробно обговорить все детали договора.
— Как связаться-то? Я не умею.
— Точно также, как и в предыдущий раз. Полагаю, для этого тебе достаточно будет посмотреть в окуляр этого замечательного телескопа. Держи. — Гном аккуратно подвинул подзорную трубу кончиком трости к Лене.
— И ничего не бойся, — добавил он после секундной заминки. — Я буду рядом и в любой момент поддержу словом и делом. Ну же, смелей, бери в руки подзорную трубу.
— А что я ему скажу? — побелевшими от волнения губами прошептала девушка, опуская дрожащие руки на оптический прибор. — Вдруг существо чем-то занято, и я его отвлеку от важного дела.
— Не болтай ерунды, какие могут быть дела в открытом космосе. Наш огненный друг уже долгие тысячелетия мается от скуки и безделья. Ты его шанс вырваться из опостылевшей пустоты. Существо жаждет этого разговора, как заблудившийся в пустыне глотка воды, и прилагает титанические усилия, чтобы напомнить тебе о своем существовании. Вспомни, надпись на зеркале.
— Так это оно написало?
— Блин, ну кто, спрашивается, за язык тянул, теперь объяснять замучаешься, — всплеснул руками гном. — Разумеется не оно. Ты же видела существо. У него нет конечностей, оно похоже на огненный шар. Чем же ему писать? Не удивлюсь, если существу и вовсе не знакомо такое понятие, как письменность. Надпись на зеркале — твоя работа.
— Чего⁈ — возмущенно фыркнула Лена.
— Того, — в тон ей передразнил бородач. — Ты сделала это не по своей воле, а по незримой команде существа, с которым, повторяю, у тебя астральная связь. Существо не может самостоятельно колдовать в нашем мире — это доказанный факт. Оно внушило тебе простенькое иллюзорное заклинание, активировав которое, ты придала форму заключенному в нем посланию, и на запотевшем зеркале стали появляться буквы. А когда надпись проступила полностью, тебя накрыло отдачей, плюс испуг от угрожающего содержания зловещей строки, и, как следствие, ты теряешь сознание и падаешь на дно ванной. Чары тут же развеиваются, и когда ты через несколько секунд приходишь в себя, надписи на зеркале как не бывало. Вот так все на самом деле и было. Кстати, примерно по такому же сценарию развивались события, когда ты, под диктовку существа, наложила на себя чары, преобразившие твое тело так, как ты того хотела. Ну-ка припомни, разве у тебя не разболелась голова, когда ты рассматривала в зеркале свою чудом вдруг похорошевшую фигурку.
— Да, вроде бы побаливала немного.
— А потом, в клубе, когда тебе вдруг стало везти?
— Тоже заболела, — кивнула Лена. Она содрогнулась от вдруг накатившего озноба и поспешно добавила: — Но совсем чуть-чуть и быстро прошла. Я думала это от выпитого пива.
— Наоборот, пиво смягчило боль отката, — заверил Стумли. — Впрочем, те первые заклинания — это так, пустяк, проба сил. Откат от них был слабенький и почти незаметный. А вот после «Поцелуя вампира» тебя скрутило основательно, так что аж память отшибло. В себя пришла лишь на улице, на полпути к дому…
— Какого вампира? — срывающимся на истерику голосом перебила Лена.
— В которого превратился после твоего укуса небезызвестный тебе Степан, — охотно пояснил гном. — Кстати, он уже близко. Скоро будет здесь. Я чувствую его приближение — летит, как на крыльях, к своей повелительнице. То есть к тебе, Лена.
— К-к-как ко м-м-мне? — кое-как выдавила из себя разрыдавшаяся девушка. — Он же в тю-тюрьм-м-ме⁈
— М-да, похоже не успеваем, — глянув на часы, констатировал гном, игнорируя бьющуюся в истерике собеседницу. — С трубой придется повременить.