Но обманчивая тканевая дверь вела в еще один садик поменьше, со всех сторон огражденный атласными тканями шатра. Аккуратный, с прекрасными клумбами желтых роз и декоративными кустами брусники, он, впрочем, также казался искусственным и не внушавшим доверия. Притворную красоту клумб портили массивные каменные деревья в центре сада с тремя железными кольцами, к которым, по-видимому, крепились цепи с невольниками. Тишина и отсутствие людей вполне характеризовали дом господина Ролли. Казалось, этот островок, лишенный свободных живых существ, находится не в шумном и гудящем городе армутов, где вся жизнь крутилась вокруг торговцев, а в каком-то другом, нереальном мире. Сады с мнимыми украшениями чем-то напоминали страшный лабиринт, который вел испуганных ребят навстречу зверю. Артур уже не мог определить, сколько таких садов они прошли. По дороге он с наслаждением растирал руки, по которым начинала бегать кровь.
Наконец нескончаемые сады, поражавшие, с одной стороны, искусностью мастеров, а с другой — ужасом, которым было пропитано это место, закончились, и невольников завели в полуоткрытый шатер, стены которого раздувало ветром, как паруса корабля. Внутри находились вполне обжитые хоромы, обставленные с большим вкусом. Видно было, что этот полотняный дом-дворец принадлежит очень богатому человеку, деньги которого позволяли приобретать в несметном количестве различные безделушки, малоиспользуемые в жизни, но при этом обычно так любимые своими владельцами.
Многие богачи не понимают, что копить сокровища на земле — дело невыгодное и даже безрассудное, ибо моль и ржа уничтожают вещи, а смерть однажды заберет и самих хозяев. Эту ситуацию можно сравнить с огромным судном, которое богач с большим трепетом снаряжает в течение всей своей жизни, а потом в какой-то момент корабль выходит в плавание и тонет под тяжестью своего груза, и все, решительно все оказывается на дне моря.
Господин Ролли относился к разряду таких неразумных богачей, которые готовы были бы умереть за свои приобретения. Впрочем, стяжательство было отнюдь не единственным его пороком. Старый армут был жесток, и так как в своей семье он не мог реализовать в полной мере эту преступную наклонность, он издевался над рабами, которые имелись у него в достатке.
Артура и Тэнку завели в комнату без окон, где на черной бархатной кушетке сидел седовласый мужчина с непривлекательным горбом на спине и читал какую-то старинную книгу при свете лучины. В небольшом каменном камине приятно потрескивал костер, от которого исходил жар, накалявший и без того горячий воздух. И так странно было видеть в доме, изобиловавшем безделушками, не бутафорию из картона, а единственный солидный предмет, который, впрочем, при этом казался совершенно лишним, учитывая здешний климат.
— Новые поступления, — кратко объяснил толстяк. — Вот этому, — он указал на Артура, — чтоб сполна хватило, тому можно и послабее.
Старик послушно кивнул и вежливым жестом пригласил ребят сесть на мягкие кушетки. Толстяк покинул помещение, довольно улыбаясь.
— Что это за процедура? — не выдержала Тэнка. Хоть она порою и была бесстрашна, как мальчик, но сейчас испытывала страх, и даже не за себя, а скорее за своего друга.
Старик с жалостью посмотрел на нее, но не ответил.
— С кого начнем? — спросил он.
— А есть возможность «отказаться»? — усмехнулся Артур.
Старик грустно улыбнулся.
— Тебе, парень, надо бы учиться держать язык за зубами, иначе ты не протянешь здесь долго. Давай начнем с тебя, — с этими словами он, охая и потирая спину, подошел к Артуру и, надев ему на руки железные кандалы, прикрепил их к кушетке. Затем он взял нож и разодрал рубаху и плащ, которые были на мальчике. Артур с сожалением подумал о том, что лишается сейчас последних напоминаний о школе, где он когда-то учился.
— Старое тряпье тебе больше не понадобится, — объяснил горбатый, откинув ненужные обрывки в сторону.
— Что вы делаете, оставьте его! — вскричала Тэнка и схватила нож, который был в руке у старика. Но пожилой господин ловко, как перышко, оттолкнул ее в сторону и сказал:
— Если будешь мешать, придет хозяин, и будет гораздо хуже.
— Он мне не хозяин, — буркнула Тэнка, но все же благоразумно осталась сидеть на кушетке, сжав руки и напряженно вглядываясь в манипуляции старика. А тот тем временем достал какую-то баночку с оранжевой жидкостью. — Это охра, — пояснил мужчина. Затем он взял нож и, сунув его в полыхающий огонь, стал дожидаться, чтобы металл накалился докрасна. Вот, оказывается, для каких нужд был построен камин!