У меня даже не получалось тормозить, чтобы получше рассмотреть, что находится рядом. Единственное что я еще смог увидеть, так это большие прожектора рядом с тем путем, которым мы проходили, да достаточно толстые кабеля, которые тянулись вниз, а рядом с ними было несколько труб.
Несмотря на то, что шли мы достаточно быстро, я смог понять, что электрическое питание, как и вода идут из одного источника и это было важно, очень важно. Я еще не знал почему, но был уверен, что важно. Нас отправили пешком на второй уровень карьера. Охрана сопровождала нас, к тому же у меня складывалось впечатление, что они куда-то спешат. Потому, что эти «лоси» подталкивали всех остальных если не к бегу, то к очень быстрой ходьбе.
Финиш был у грубо сколоченного барака, он был тут один. Охранники сняли наши оковы и запихнули внутрь после чего закрыли дверь. На нее повесили засов, щели были достаточные чтобы рассмотреть все в подробностях. Мертвого они оставили на пороге и не отдали его вниз. Внутри было достаточно прилично если можно, так сказать. Большое помещение, почти полностью заставленное нарами. Мест было примерно на сто человек, нас же в половину меньше. В дальней половине около стены было около десятка кабинок из которых шел знакомый всем аромат.
К тому же, здесь была большая двухсотлитровая бочка с водой с тремя кранами с каждой стороны. Я долго не рассматривал помещение, мне хватило просто окинуть взглядом комнату, поэтому сразу потащил девушку к воде. После того, как я и Тайша напились, я оттащил ее в сторону и сказал: — Рассказывай!
— Что? — не поняла девушка, она после показательного расстрела была какая-то опустошенная и потерянная. — Что тебе рассказывать?
— Расскажи, о чем рассказывал, тот по чьему приказу убивали, — сказал я и схватив ее за шею сильно сжал. Нужно было ее привести в чувство, а после того, как девушка полными глазами ужаса посмотрела на меня сказал: — И не забывай про господина!
Я видел, как она удивилась моему требованию, но потом до нее дошло, что «генерал» далеко, а я тут и это страшнее, вот только ее ответ меня все-равно удивил.
— Убивай! — со злостью сказала она. — Это будет даже легче…
— Бух! — я ударил ее по щеке ладошкой, а потом опять взял за горло и со злостью начал говорить: — Я убью тебя тогда, когда сам захочу. А вот если ты еще раз забудешь слово господин, тебе будет очень больно. А если и тогда будешь ерепениться, я отдам тебя мужикам. Уж они точно не будут против поразвлечься, за твой счет. Уяснила?
— Да, да! — быстро сказала девушка и тут же продолжила. — Я все сделаю господин!
— Тогда начни с самого начала, — сказал я не своим голосом, в меня, как бывает в минуты сильного эмоционального напряжения кто-то вселился и это был не Дима. Это была Сила Крови, я словно сбрасывал с себя всю шелуху и постороннее. Становился сильнее и властнее, у обычных людей не было сил мне сопротивляться. Продолжается это не долго, иначе чувствую натворил бы я дел. Поэтому пользуясь этой странной силой, скомандовал: — И сделай это как можно точнее!
— Мы на острове Бугенвиль. Попали в рабство Роду Кайги. Очень сильный и жестокий Род. Ни к какому клану не принадлежат. Вышли из клана в Новой Гвинее. У этого Рода очень сильные шаманы. Классических систем распределения рангов не придерживаются. Вместо стандартной схемы у них несколько видов Учеников, а также классификация шаманов: Младший шаман, Шаман, Старший Шаман и все они на острове подчиняются Верховному шаману. Все жители острова входят в Род, и все, даже Ученики имеют огромную силу. Их так просто не победить… На острове от них не скрыться…
— Так стоп! — я выставил в перед руку. — О чем ты?
— Я просто про них читала где-то. Поэтому говорю все что помню, — ответила девушка.
— Не пори чушь! — зло сказал я. — Что было там наверху?! Кто был в парадной форме?
— Он сказал, что он Джог Дибудинам и что он комендант, лагеря. Что, тот кто попал в лагерь уйдет оттуда только вперед ногами. И что это дорога в один конец, да и сбежать не выйдет. Он не позволит, как и охранники, которых много.
Мы попали на рудник, и он сказал, что пока есть норма, все будет хорошо, но, когда нормы не будет страдать будут все. И что ему плевать, как мы будем работать, наша судьба будет решаться им, только если мы попытаемся сбежать. Ответственные за свои работы встретят нас внизу и что он дарит нам последний день спокойной жизни, потому что выходных в лагере практически не бывает…
— Это все? — с подозрением спросил я.
— Это все! — ответила девушка. — Больше он ничего не сказал, только повторял одно и тоже разными словами.