— По моей служанке вопросов не будет? — уточнил я.
— Нет, она просто работает рядом с тобой… Этого будет достаточно… — ответил мужчина.
— С одеждой поможете? — уточнил я.
— Она перед тобой, — сказал Айро. А я покрутив головой наконец-таки увидел ее. Левый глаз до сих пор был закрыт, и я ничего им не видел. Хотя до этого момента и не понимал, что вижу только половину картинки.
— Переоденься, сходи к целителю, поешь, — сказал старик. — С завтрашнего дня начинаешь работать. — Сегодня мы еще отдыхаем… Так, что тебе повезло…
— Понял… — ответил я.
— Лысый! Ты чего копаешься? — прозвучал голос Эдгара. — Я же показывал тебе как бить! И куда!
Удивленный голос мужчины выдернул меня из воспоминаний и заставил мысленно поморщиться. Однорукий мужчина работал наравне со всеми и показывал удивительную сноровку для однорукого. Кирка в его руке мелькала как заведенная и била так, что постоянно разбивала породу на отдельные мелкие камни. Хочешь не хочешь, но приходится работать и быть во всю силу. Смотря на него не хочется спорить и тем не менее, я начал: — Айро, меня поторопил. Не могу я также точно, как ты бить. Этот кусок трудно разбивается. Он цельный!
— Ничего он не цельный! Потому-что бить нужно вот так! — он ударил, как-то наискось и от булыжника откололась приличная частью. — Настраивайся на породу, ищи слабое место и сможешь разбивать ее быстро и легко.
— Понял, — кивнул я, молчаливо поморщившись и пытаясь настроиться на камень. Постоял секунд тридцать, попытавшись понять, где же слабое место у глыбы и только потом нанес удар. Получилось не так хорошо, как у Эдгара, но еще часть камней откололась. Не смотря на очевидный успех мне было очень сложно разобраться с тем, как это происходит.
Эдгар научил всех смотреть в суть-камня и говорил, что это не зависит от стихии которой пользуешься. Вот только таким новичкам как я не всегда удавалось настроиться на работу. Да и то, это не была моя основная обязанность я был носильщиком. Я, как и Тайша пришли к изгоям. Именно так бы я назвал ту группу из тридцати человек, которая работала на заполнении десятитонного грузовика медной породой. Проблема была только в том, что эту породу необходимо было сначала разбить на мелкие части и только потом забрасывать на машину.
Схема наполнения машины была отработана. Три адепта земли и четыре адепта огня совместно откалывали крупные куски породы от скалы. Сначала землевики делали в необходимом куске с десяток длинных продолговатых отверстий. А потом огневики отправляли в эти трубки, взрывающиеся «огненные шары». Огромный кусок породы раскалывался на несколько больших кусков, так чтобы их можно было разбивать на более мелкие уже вручную.
Киркой я работал не так много, чтобы развить навык. А потом начинал носить куски в машину. Почти все изгои имели травмы различной степени тяжести. В основном конечно это были ожоги. Сильнейшие ожоги, из-за которых что руки, что ноги просто не слушались своих владельцев. Практически у всех у них были костыли. Спрашивая, что их спасло от смерти от таких травм я не стал. Мне было понятно, что это обеспечил бахир. Бахир же помогал им работать, как заведенным. Может сила техник из-за подавителя сильно упала, но вот на использование бахира внутри организма ограничений практически не было. Подавитель не мешал. Так и получалось, что один калека с рабочей только правой рукой мог работал с эффективностью в два-три раза лучше меня.
У нас был один такой. Его звали Лойд. Про себя он не рассказывал. Было ему примерно лет сорок-пятьдесят. Работал как заведенный, хотя я в первый раз увидев это был удивлен. Лойдп постоянно кто-то носил на спине и даже в туалет. А ведь другие работали и лучше его.
Хотя, как бы я не считал себя лишним в этой компании работяг старик Айро сказал, чтобы я не мучился. Им как раз не хватало, кого-то на обоих ногах, чтобы быстрее загружать машину. А сейчас мы раза в полтора ускорились по загрузке автомобиля и вполне себе могли позволить закончить до обеда, а после обеда идти в барак. Так мы и делали с тех пор как я и Тайша вошли в группу изгоев.
Мне по крайней мере ничего не мешало, хотя визуально я изменился. Глаз у меня видел, но как сказал Саймон: — Рожа у тебя страшная конечно, но глаз на месте, веко закрывается и ухо осталось целым, а ведь могло и полностью спалить, зато работать можешь.
Так что ничего не мешало мне в первую половину дня усердно потрудиться на карьере, а потом заниматься медитацией и тренироваться. Хотя я бы предпочел просто заниматься медитацией и просто тренироваться без всякой работы.