Например, младшему инспектору, который пытался поймать Леона на горячем – и не ему одному. Это объясняло, почему Колдуэлл еще не арестован.
– Пока у меня не взорвалась голова изнутри, лучше объясни, почему ты спрашиваешь, – невесело улыбнулся Ник.
Морриган ходила взад-вперед по комнате, пока он выжидающе смотрел на нее со стены – собирала мысли воедино.
– В Пропасти происходит какая-то чертовщина – чуть более кровавая, чем обычно, насколько я могу судить. Кто-то убивает членов Высокого Собрания чарами, которые указывают на определенный колдовской клан… или существо древней крови. Одна леди задыхается водой, и все выглядит так, будто в ее смерти виновата мерроу, которая может в любое время призывать водную стихию. Другая падает замертво от чар, подозрительно похожих на вуду. Мертвые восстают, юная девушка стремительно стареет, из еще одной выкачивают кровь. Третья и вовсе засыпает навеки.
Морриган сообщила Нику и про «фабрику чар», в подробностях описав увиденное. Ник, побледнев, смотрел на нее расширенными глазами.
– Подозреваю, Колдуэлл использовал украденные у людей чары, чтобы устранить одних членов Высокого Собрания, попутно подставляя других. Возможно, чтобы повергнуть Пропасть в хаос, разорвать сложившиеся союзы и договоренности и заставить претендентов на трон подозревать друг друга. Или же для того, чтобы никто раньше времени не догадался, что убийца всего один. А еще у него, похоже, есть некий пунктик: женщин среди умерших абсолютное большинство.
– Хочешь сказать, он мечтает о титуле короля Пропасти? – изумился Ник. – Но если я правильно тебя понял, он не лорд и никакого отношения к Пропасти не имеет.
– Понял верно, но вторая часть спорная.
– Ты же сама говорила, что в таком случае на трон претендовать он не сможет.
Не переставая мерить шагами пространство спальни, Морриган мимолетно улыбнулась. Взгляните только – болтают как в старые времена. Стоило признать – потерянной дружбы ей не хватало. Самую малость.
– Вообще-то один способ есть. Право узурпации.
Понимания во взгляде Ника не прибавилось, а потому пришлось объяснять:
– Власть в Пропасти может быть завоевана двумя разными способами. Первый – официально, в результате избрания короля или королевы Высоким Собранием, в который входит и регентский совет, то есть отказники, и претендующие на трон Высокие Дома. Это целая паутина союзов, договоров и контрактов, которые нарушаются и заключаются в процессе… мм… назовем его предвыборной кампанией. И второй путь, более быстрый и кровавый, – убийство законного короля города. Стоя у его трупа, убийца объявляет о так называемом праве узурпации, а значит – о законном праве на престол. Препятствий в таком случае никто не чинит, убийство не расследуется и виновного не спешат сажать в тюрьму… которой здесь и нет. Впрочем, маску обезличенного тоже не натягивают. Жители Пропасти уважают закон силы.
– Хороши порядки, – ошалело глядя в сторону, произнес Ник.
Морриган тихо рассмеялась – он говорил практически ее словами.
– Не знаю, правда, отчего Колдуэлл не пошел на это, когда на троне еще восседала Агнес Фитцджеральд.
– Может и попытался, но потерпел поражение, – предположил Ник.
– Тогда живым от королевы-веретницы он вряд ли бы ушел.
– О, ты плохо знаешь Колдуэлла. Эта тварь невероятно живуча.
Морриган рассеянно покивала.
– Или же он не захотел рисковать. Как бы то ни было, оставив дремлющие чары на стенах, Колдуэлл собирался в нужный момент устранить того, кого Высокое Собрание провозгласит королем Пропасти.
– И объявить о праве узурпации.
– Верно.
– И что ты собираешься делать?
– Добывать доказательства своей правоты, – отозвалась Морриган, пожимая плечами.
– Как всегда, в одиночку? Морри, это может быть опасно. Нет, это действительно очень опасно.
– Я не собираюсь нападать на Колдуэлла, – закатив глаза, сказала она. – Я лишь хочу, хм… узнать его поближе.
И сначала хорошо бы понять, какими чарами он обладает. Не теми, что в филактериях: речь идет о его собственной силе. Надо подобраться к нему и отыскать его слабое место.
И попытаться понять, как проникнуть на «фабрику чар» в человеческом обличье, а значит, в полной боевой готовности.
– Только не глупи и не геройствуй, ладно? Если нужна помощь – свяжись со мной.
– Глупость – это точно не про меня, а насчет остального нужно подумать.