– Твоя сестра попросила их пересмотреть твой срок?
Глаза Сирши влажно блеснули.
– Да. Говорят, ее речь была очень пылкой, – с нежностью сказала она. – Олив убеждала совет, что я достаточно настрадалась, потеряв старшую сестру и мать, которая, к слову, и надела на меня маску. Когда рассветные ведьмы и колдуны Высоких Домов узнали, что мама сделала это потому, что я отказалась становиться веретницей, они – все до последнего! – встали на мою сторону. И все благодаря Олив. Сейчас она, правда, снова замкнулась в себе, но… мы с этим справимся.
– Тебе нужно к сестре, – Клио сжала ее руку.
Она никогда не сможет забыть о том, что Оливия – возлюбленная Итана Галлахера. Что их любовь и толкнула его на преступления. Это он, а не Оливия убил Клио, из-за чего она навсегда лишилась нормального человеческого зрения. Не Оливия убила родных сестру и маму, но груз вины уже лег на ее плечи.
И какие бы страстные чувства Оливия ни испытывала к убийце, еще больше она любила младшую сестру.
Сирша вздохнула.
– Нужно потихоньку возвращаться в прошлую жизнь… и понять, что делать с той ее частью, что изменилась раз и навсегда.
– Значит, вы не покинете Пропасть теперь, когда на тебе нет маски?
На губах Сирши появилась странная улыбка с примесью тоски и печали.
– Нет, мы остаемся в Пропасти, принимая этот безумный город таким, какой он есть.
Сирша ушла, однако в голове Клио еще долго звучали ее последние слова. Что если это ответ для нее самой? Но где граница между принятием и смирением?
Будь Морриган здесь, наверняка сказала бы, что никогда нельзя сдаваться.
– Мисс Блэр, к вам гости, – постучавшись в приоткрытую дверь, почтительно сказал дворецкий. – Ждут вас на первом этаже, подняться не пожелали.
Позволив летающей по комнате белой голубке вспорхнуть на плечо, Клио спустилась вниз. Гостьей оказалась Кьяра.
Шаманка застыла у входа, явно ответив очередным отказом на предложение дворецкого подождать на удобном диване гостиной. Она выглядела напряженной и бледной, словно печать утраты навеки въелась в ее лицо и тело. Руки крепко сцеплены, спина прямая – осанка, как всегда, поистине королевская.
Клио подошла к Кьяре, не зная, чего ожидать. Выпалила, осознавая, что эти слова больше нужны ей самой:
– Прости, что не сумела спасти Руану.
Кьяра качнула головой. С трудом, как показалось, расцепила пальцы.
– Папа прав. Вина в случившемся лежит лишь на том, кто затянул ее в противоестественные кошмары. Мы обе сделали все возможное. Не наша вина, что мы столкнулись с чем-то незнакомым, неизведанным.
– Ты знаешь, кто мог такое с ней сотворить?
В карих глазах мелькнула ненависть.
– В мире не было человека, которому Руана, случайно или намеренно, причинила бы зло. Ее наказали за то, что первая среди шаманов посмела ввязаться в борьбу за корону. А ведь я ее отговаривала, почти умоляла… – губы задрожали, но лишь на короткое мгновение. Кьяра сразу же взяла себя в руки. – Хуже всего то, что я не смогла проводить ее в последний путь. Все эти проклятые чары… Ее душа просто сгинула. Затерялась среди кошмаров.
– Мне жаль, – тихо проговорила Клио.
Вот и все, что она могла сейчас – и очень хотела – сказать.
Кьяра лишь бесстрастно кивнула. Но какая боль гнездилась под коркой деланного равнодушия, страшно представить.
– Я обещала, что поговорю с духом, которого видела в воспоминаниях о твоей матери.
Клио изумленно округлила глаза, скрытые за шелковой повязкой – от некоторых привычек избавиться не так-то легко.
– Ты сделала это? Но… почему?
– Я обещала, – хмуро повторила Кьяра, выделяя каждое слово.
И все же Клио казалось, что помощи она не заслужила. Не после того, как…
– Спасибо.
Кьяра снова кивнула, глядя куда-то поверх ее плеча.
– Мне удалось лишь узнать имя духа, и то пришлось заглянуть в его собственные воспоминания. Гиллагану это не понравилось. Он приложил много усилий, чтобы попытаться мне помешать. Даже слишком много для духа.
– Это что-то значит?
– Только то, что при жизни он обладал немалой колдовской силой, часть которой сохранил и в мире теней. Неудивительно, если учесть, что он друид. Вот, собственно, и все, что мне удалось узнать через его воспоминания. Говорить со мной и рассказывать о том, кого ты ищешь, Гиллаган наотрез отказался.
– Друид Гиллаган, – тихим эхом отозвалась Клио.
Кьяра кивнула в третий раз. Похоже, яркое проявление эмоций и активная жестикуляция – это не о ней.
– Я выполнила свое обещание. А ты – свое.