– А когда-то было иначе?
Глава 14
Воронья ведьма
За время, пройденное с их последнего столкновения, Глен Малик ничуть не изменился. Все то же маленькое и вытянутое, как у грызуна, лицо и светящееся в глазах обожание. Страшно представить, как бы он вел себя, окажись перед ним сама Леди Ворон, а не ее дочь.
Встреча, организация которой целиком легла на плечи Ника, проходила в месте, которое при любом другом случае Клио предпочла бы избегать. Что делала на протяжении всей жизни.
Ямы. Мягко говоря, не самый благоприятный район Кенгьюбери. Клио всякое слышала о нем. Мол, тут обитали парии, бедняки и отщепенцы и существа древней крови, не прижившиеся в обществе или желающие жить среди людей, но по своим собственным законам. А также те из колдунов, что были изгнаны даже из Пропасти.
Говорили, что убивали здесь куда чаще, чем рождались. А проклятые, отверженные приходили сюда умирать.
Что из этого было правдой, Клио не знала. Однако показательно, что даже жители Пропасти (по крайней мере, те, с кем ей довелось пообщаться) морщили нос при упоминании Ям. Клио же, очутившись в грязных трущобах в своем летящем бирюзовом платье, чувствовала себя неуютно. Нервно терла оголенные руки, хотя холода не ощущала.
На первый взгляд, в Ямах не было ничего жуткого. Просто захолустный, бедный район, разительно отличающийся от остальной части Кенгьюбери. Паршивая овца в безупречном стаде. Однако по ночам на этих улицах лучше не гулять…
Ник настоял на том, чтобы присутствовать при встрече. Клио, которая еще совсем недавно переживала, что все вокруг видят в ней хрупкую статуэтку, с радостью ухватилась за предложение. Окружающая тело тэна не позволяла забыть, как опасно для нее находиться в Кенгьюбери, кишмя кишащим трибунами, ищейками и агентами Департамента.
«Это другое», – устыдившись, мысленно твердила она. Просто не могла отказаться от возможности лишний раз увидеть Ника.
Поначалу Клио и не собиралась встречаться с Маликом – думала ограничиться разговором на расстоянии, по амулету зова. Но ей нужны не просто слова Малика, а его записи – нельзя упустить ни единой детали, даже вроде бы на первый взгляд совершенно незначительной. Дьявол, говорят, кроется в деталях…
– Я так благодарен вам, что вы согласились на встречу! – с блестящими от восторга глазами воскликнул Малик.
Похоже, его ничуть не смущала ни белая лента на глазах Клио, ни белоснежная птица на ее плече. Голубка, нервничая, поглядывала на Ника, словно искала поддержки. Он ободряюще ей – им обеим – улыбнулся.
На короткий момент Николас снова завладел мыслями Клио. Сильный, умелый следопыт, он не мог не видеть тэну, что клубилась вокруг ее тела. Что он думал, воочию убедившись, что отныне Клио – не просто человек, а создание полуночных чар? Что чувствовал, когда смотрел на ту, что однажды видел мертвой и бездыханной?
– Итак, что ты готова мне рассказать? – облизнув губы, нетерпеливо спросил Малик.
Он не собирался делиться даром с таким трудом добытыми сведениями. Не помогала ни должность Ника, ни его не слишком завуалированные угрозы, не предназначенные для ушей коллег из Департамента. И деньги, как оказалось, Малика не привлекали – во всяком случае, ни одна названная Клио сумма не смогла его удовлетворить.
Впрочем, как любой журналист (он, правда, предпочитал называть себя летописцем), пусть даже с не самыми этичными приемами и методами, Малик имел право защищать материал, который собирал годами. Клио на его месте сделала бы то же самое.
Потому ей ничего не оставалось, как предложить в обмен на его сведения единственное, что устроило бы их обоих. Ее – в меньшей степени, но все же…
Ник стоял в позе стража или охранника – ноги расставлены, чтобы обрести твердую опору, спина выпрямлена, плечи напряжены. Черное пальто распахнуто, правая пола откинута назад, недвусмысленно обнажая кобуру с револьвером. Клио неохотно отвела взгляд. Чуть расслабившись в присутствии Ника, прислонилась к лишенному стекол-глазниц подоконнику. Отгоняла мысли, что в подобных заброшенных зданиях устраивали пиршества известные своей кровожадностью бааван-ши. Или ночевали те, кому и в Пропасти не нашлось места. По сравнению с последними, ее проблемы – пшик, ерунда. У нее есть крыша над головой, любящая сестра, друзья и очаровательный крылатый фамильяр. И мама, конечно, мама.
О чем же рассказать? Точно не о том, какой Бадб была со своими дочерьми. Как поведала младшей, каково это – видеть мир глазами птицы. Обе они не подозревали тогда, что Клио предстоит узнать это самой. Как учила старшую дочь пользоваться иллюзией и флиртовать, склоняя мужчин на свою сторону. То, что Морриган было всего тринадцать, Бадб совершенно не смущало.