Морриган подалась вперед, игнорируя ломоту во всем теле.
– Никогда не поздно стать сильнее. Нужно время, чтобы избавиться от иллюзий и найти в себе силы дать кому-то отпор. Особенно если он родной тебе человек. И твое время, думаю, пришло. Но не позволяй сестрам остаться безнаказанными.
– Я могу представлять твои интересы, – подал голос Дэмьен. – Я был связан не одним контрактом с Домом Даффи, так почему бы нам не заключить новый? И у меня есть принципы. Если бы я знал, как сестры получали чары, которые я помогал сбывать…
Шерлет смущенно улыбнулась.
– Все в порядке… наверное. Я не привыкла к извинениям.
– Привыкай, – обрубила Морриган. – Потому что тебе предстоит выслушать как минимум пять штук. Верно говорю, сестрички?
Те что-то понуро забормотали. Нет, Морриган не была наивна – ни в них, ни тем более в Шевонн раскаяния она не найдет. Но Шерлет заслуживала этих даже выдавленных через силу извинений. За долгие годы боли и понимания, что в своей семье как человек, как личность, а не постоянный источник чар, она никому не нужна.
Морриган вызвала судью. Да, обычно просто так он не являлся, но крупная сумма из закромов Дома Даффи заставила его передумать.
Выяснилось, что регентский совет все же не зря занимал свое место. Судья явился не один, а в сопровождении троих человек… созданий Пропасти в черных кожаных плащах с поднятыми воротниками.
– Полуночная стража, – объяснил Дэмьен недоумевающей Морриган.
– Название неоригинальное, да и немертвой страже проигрывает, но содержание мне нравится, – вынесла она вердикт. – Существа древней крови в составе стражи?.. Как их удалось уговорить?
Шерлет совсем стушевалась перед судьей и гостями. Она словно металась между тем, чтобы предложить им чай или спрятаться в кладовке. Стражи не желали садиться и уж точно не желали чай. Так и застыли посреди комнаты каменными изваяниями. Черноволосая бааван-ши стояла, заведя руки за спину и широко расставив ноги, которые оканчивались оленьими копытами, остальные, скрестив руки на груди, угрожающе сверлили взглядом пространство. Видимо, пафосные позы им выдавали вместе с плащами.
– Особо уговаривать и не пришлось. Официальная должность, почетный статус, хорошая зарплата из казны – неплохое предложение для так называемых «изгоев среди изгоев», то есть отщепенцев Пропасти. Колдунов, по каким-то причинам не вхожих ни в один Дом, существ древней крови, от которых отказался собственный клан…
– А остальные, более достойные члены общества, судя по всему, заняты политическими игрищами? – предположила Морриган. – И менять свое место в Доме на службу не собираются?
– Верно мыслишь.
Увидев связанных теневыми нитями колдунов и пристыженных сестер, судья красноречиво поднял кустистые брови. Привилегию разбираться с ним Морриган оставила Дэмьену. Никакого контракта с Шерлет он, конечно же, не заключал. Как и Морриган, он намеревался довести дело до конца просто потому… что ему было знакомо понятие человечности.
А значит, она в нем не ошиблась.
После завершения допроса полуночная стража увела подозреваемых. Морриган могла поклясться, что бааван-ши, глядя на нее, на прощание плотоядно облизнулась.
– Демон забери этих вампиров, – буркнула она, поежившись. Собственная кровь нужна была ей вся до единой капли.
Насколько эффективной и справедливой будет стража, состоящая из отщепенцев, покажет лишь время. Морриган не спешила им доверять. Впрочем, это касалось и прочих обитателей Пропасти.
Из сестер Даффи в доме осталась только одна Шерлет. Кто-то из колдунов убрался восвояси, когда Морриган сдернула с плененных теневую сеть, кто-то переминался с ноги на ногу или замер в растерянности, не понимая, что ждет его дальше. Согласно договору, они все еще принадлежали Дому Даффи, а значит, и самой Шерлет – раз пятерым остальным сестрам со дня на день предстояло стать обезличенными.
Колдуны вдруг оказались на другой стороне – на стороне жертвы, а не мучителей. И что с этим теперь делать, не знали.
– Не хочу оставаться здесь, – выдохнула Шерлет. – Этот дом хранит столько мерзких и болезненных воспоминаний… Нет, не дом – Пропасть.
– Хочешь уйти наверх?
Младшая Даффи вскинула голову, импульсивно – что совсем не вязалось с ее образом – воскликнула:
– Я – светлая, понимаешь? – и тут же стушевалась. – То есть… я не хочу тебя обидеть, но…
– Во имя Дану, прекрати оправдываться и извиняться! – воскликнула Морриган. – И да, тебе здесь не место.
Шерлет улыбнулась рассеянной улыбкой.
– Я хочу стать целительницей. По-настоящему помогать тем, кому это необходимо, вместо того, чтобы гадать, в чьи руки на этот раз попал мой дар. И не спасет ли он… убийцу или мучителя, в подвале которого сейчас заходится от крика его сестра. Я… – она потерла лицо ладонями. Глаза большие, растерянные, – возможно, даже пойду в Церковь Дану. Там много таких, как я. Может… может когда-нибудь у меня появится настоящая, любящая семья.