Выбрать главу

(и снова не сдерживаюсь - бесстыдно хохочу над его словами)

- Да? И что же следует?

Короткая лживая (его) улыбка, и вдруг на лицо спадает серьезность и некая печаль.

Отчего я тут же невольно устыдилась, помрачнела и замерла в ожидании продолжения.

- Я вижу в тебе - себя, - короткая пауза, - не сегодняшнего, нет. А именно того, который все еще был на грани. Когда еще метался между добром и злом. Вижу в тебе то безумие, которое вот-вот прольется через край - и всё, обратного пути не будет. Как сорвался я, так и ты рухнешь. Я же вижу, как ты стала неистово ненавидеть весь этот чертов мир. Презирая всех и каждого. И как бы это не было забавно осознавать, - ровно с той силой, с которой когда-то так отчаянно любила его, бескорыстно защищая от глупцов, подобных мне. А теперь ты его ненавидишь. И готова с легкостью разрушить всё то, что так упорно создавала. Именно этого я тебе и не позволю. Я не дам всё испортить, как бы сие тебе не хотелось.

Неожиданно (даже для самой себя) заулыбалась, рассмеялась я над сказанным. А дальше жуткая, мерзкая мысль залезла в голову. Обмерла я.

- И что ты мне сделаешь? Убьешь?

Ухмыльнулся. Встал. Прошелся по комнате, к выходу. Но в последний момент - застыл. Взгляд на меня через плечо.

- Хотел бы - давно убил. Я лишь желаю, чтобы ты остановилась и взглянула на себя со стороны, заглянула к себе в душу. Найди там своего демона - и укроти его. Окстись, пока не поздно. Пока в тебе еще есть добро, причем в большей мере, нежели зла.

Резкое движение - и захлопнулась дверь.

(оставив меня одну в комнате)

Живо кинулась - к кованному полотну, дергаю на себя - тщетно.

Грубо, недальновидно, вырываюсь духом вперед (тело осело, рухнуло на пол, получив ушиб от рядом стоящей мебели - чертова кровь вмиг проступила на теле и духе).

Бегу за подлым Бельетони следом.

Рывок- и резко хватаю его за локоть, отдергивая назад. Силой разворачиваю к себе лицом. Глаза в глаза.

Гневно рычу:

- Неужто ты думал меня удержать нелепой дверью?! ИЛИ ЧТО?

Ухмыльнулся. Без зла. По-доброму.

Отчего невольно опешила я.

- А ты подумай, стоит ли противостоять такой возможности, которую я тебе вручил? Ты же сама хочешь сейчас грубой оплеухи, дабы остановить свой ход по течению и наконец-то прийти в себя. Всем нам бывает больно, но мы сильные. Потому еще живы. Потому еще судьба нас балует встречами, будоражащими нашу кровь. Разве не так?

Двусмысленный взгляд в глаза.

Замерла в стыде.

- Я знаю, что четыре века назад не ошибся, поверив тебе и уступив. Потому сейчас я - добрый дяденька, а не злобный черт с вилами и плетью. Умерь свой пыл сама и рассуждай трезво. Насладись одиночеством, без этого твоего бессмысленного пьянства и дурного веселья. Просто тишиной, покоем и одиночеством... и до тех пор, пока оно не откроет тебе в твоем разуме всю истинную картину происходящего. Пока не найдешь все нужные тебе ответы и не примешь достойные решения. Здесь. Здесь, а не на своей Искье. Здесь, подальше от сумасбродного современного мира и твоего пошлого Арагонезе, от всех тех алчных, помешанных лишь на себе, особей. Оставь все свои беды там. Останься здесь, один на один с собой, - и окончательно приди в себя.

А как все завершится и будешь готова вернуться обратно в наш котел, воспользуйся ключом, что лежит на столе. Поверь, все бесы тебя дождутся. Ни одна тварь не сдохнет. Уж такие мы... послушные в сем деле.

Еще один вдох, резкий разворот - и пошагал прочь, а после и вовсе скрылся за поворотом.

...

Растворилась и я.

***

Последовала совету.

...Взгляд в потолок - и тяжелая ночь полная тугих мыслей.

А ведь и вправду, куда выведет меня эта дорога? Более того, не особо это мое отступничество помогает пройти сие гадкое испытание. Пятнадцать лет. Даже если я и протяну этот срок, сохранив хоть что-то приличное в себе, не факт... более того, вероятнее всего, дальше ничего лучшего не будет. Его в моей жизни... не будет.

Шон меня не простит. Не... простит. Вот и всё...

Просто, нужно смириться. Смириться со всем этим, пережить тяжелое время его мучений. И всё - отпустить. Найти в себе силы отпустить. Как когда-то Ферни, как Тому, как Вителеццо...

Черт! Но это же Шон! Шон, мой дорогой ШОН!

Но тем не менее... взять и отпустить.

... а отрыть его сейчас, и что из этого выйдет? Этот сукин сын не сможет втихую исчезнуть с глаз долой Ордена, сам по себе раствориться, да хоть на той же Аляске. Нет. Зуб даю, тут же потребует, а там и сам примется спасать своих друзей от сей злой участи.

... и все начнется с новым оборотом, вот только уже шанса оправдать их больше не будет. Да и я лишусь права на слово. На веру. На судейство... и на какое-либо другое влияние.

Так что придется смириться. Останется каждый на своем месте. И будем ждать. Ждать , пока Nature не сжалит ся ... и не отпустит нас восвояси .

Глава 71. Русое чудо

***

На Аетфе прожила несколько недель. Потом уехала в Рим. Купила там новую квартиру, так, что бы никто о ней не знал, жила в полной изоляции, взаперти.

Но как не скрывайся от этих бесовских созданий - все равно... найдут.

Стук в дверь.

Неспешно поднялась с кровати. Шаркаю к двери.

Провернула барашек замка и лениво потянула на себя полотно.

Асканио.

- Чего тебе?

(не особо удивляюсь)

- Я зайду?

Немного помедлила, взгляд около, а потом на него:

- А стоит?

Ухмыльнулся.

- Наверно, нет. Ладно. Я хотел как-то иначе тебе об этом сообщить.

(похолодело все внутри; замерла, не дыша; полный страха взгляд ему в глаза)

- Позавчера Мария родила. Девочку. Две четыреста восемьдесят.

Отлегло, от сердца отлегло. Слезы, на короткий миг замерев на ресницах, тут же сорвались с глаз, а в душе затрепетало радостное волнение.

Неспешно попятилась. Глубокие вдохи, чтобы прийти в себя. А губы так и раздирает улыбка...

Хотел, было, Колони подойти ближе. Но тут же отдернулась. Провернулась, взгляд в лицо.

- А Матуа? Почему он мне не сообщил?

Несмело пожал плечами.

- Наверно, потому, что твой телефон отключен вот уже сколько недель. А ехать за тобой у него сейчас нет возможности... и времени.

Взгляд около.

- Как она?

- Кто?

- Девочка?

- Отлично. Хорошо держится.

- А Мария? - взгляд на Асканио в ужасе предположений.

- Он ее еще не обратил. Решили, что первые месяцы будет сама вскармливать ребенка. А там... Но все равно ты им нужна...

- Да, да, конечно, - лихорадочно закивала я головой; бешено заметала взгляды по сторонам. Ищу во что одеться...

Бросаюсь к шкафу. Хватаю первые попавшееся платье.

Отворачиваюсь - снимаю ночную рубашку и ныряю в выбранную одежину.

Несмелые шаги ближе ко мне.

- Давай помогу.

Поддаюсь.

Взвизгнула молния.

Мигом метнулась к комоду, за расческу - и силой разодрать непослушные, спутанные волосы...

***

Еще один вдох - и робко, тихо открываю дверь. Взгляд тут же уткнулся на, сидящую с маленьким, белым сверточком на руках, Марию.

Слезы с новой силой полились из моих глаз.

Улыбается мне, машет головой, зазывая ближе, молодая мама.

Шаги. Шаги вперед, а ужас карабкается по спине, будоража память своими жуткими воспоминаниями.

... ведь и я когда-то могла вот так сидеть на кровати и кормить своего ребеночка. Нашего с Ферни ребеночка...

Еще движение - и замерла я, вглядываясь в красное, слегка поморщенное личико светловолосого чуда. Аккуратно опустилась на колени (дабы не издать лишнего, ненужного звука), руками прикрываю рот, сдерживая силой чувства. Дрожу.