Ответ меня убил.
— Что?
— ЛИССАЭЛЬ — ЭТО ЕГО МЕЧТА, ДЕМОН, О КОТОРОЙ ОН НЕ ЗНАЛ, НО ОНА КОНЦЕТРИРОВАЛАСЬ ВНУТРИ. ЕГО НЕВОЗМОЖНЫЕ ГРЕЗЫ. Я СОЗДАЛ ЕЕ ИЗ ЕГО СОЗНАНИЯ. ОН ВСЕГДА ЛЮБИЛ ЕЕ, А ОНА ДОЛЖНА БЫЛА ПОЛЮБИТЬ ЕГО, НО СЛУЧАЙ СВЕЛ ЕЕ С ТОБОЙ, ВЕЛИАЛ.
— Я забрал чужую любовь?
— НЕТ. НО И ДА, — Отец чуть печально вздохнул. — САМАЭЛЮ НЕ ХВАТАЛО ЛЮБВИ. Я СОЗДАЛ ДЛЯ НЕГО ИСТИННОЕ СЧАСТЬЕ В НАДЕЖДЕ ИЗБЕЖАТЬ ТОГО, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ… — Тяжелый взгляд скользнул по мне. — СУДЬБА ИЛИ РОК РЕШИЛИ ВСЕ ИНАЧЕ.
— Вот почему, что бы мы ни делали, все было против нас, и мы не могли быть вместе!
— ВСЕ ПОСТУПКИ — ВАШИХ РУК ДЕЛО. МЕЛИССА И ПРАВДА ЛЮБИТ ТЕБЯ, НО И ЕГО. ТЕБЯ СИЛЬНЕЕ, ЕСЛИ ЭТО ЗНАНИЕ УТЕШИТ.
— Мне не нужна чужая женщина и чужая любовь.
— ЧУЖАЯ? ЛИССА ДАВНО СТАЛА ТВОЕЙ. — Отец безразлично огляделся, теряя интерес. — У НЕЕ ДО СИХ ПОР ПЕРЬЕВЫЕ КРЫЛЬЯ, А У ВСЕХ ПРИСПЕШНИКОВ ЛЮЦИФЕРА И ЕГО ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ — ПЕРЕПОНЧАТЫЕ. КАК ТЫ НЕ ЗАМЕТИЛ? ЭТО ЛЕЖАЛО У ТЕБЯ ПЕРЕД НОСОМ. ОНА ИЗНАЧАЛЬНО ВЫБРАЛА ТЕБЯ, БЕССОЗНАТЕЛЬНО ПЕРЕНЯЛА ТВОЙ ОБЛИК. НЕ ЕГО.
Я смотрел на него в растерянность и шоке. Никогда не думал, что вид ее крыльев имел значение и в таком ключе.
— ЛИССА НЕ С НИМ, ВЕЛИАЛ. ПОКА НЕТ.
— Но ты был бы этому рад, — зло кинул я.
— РАД? — озабоченно переспросил Отец, рассматривая меня долгим взглядом. — УДИВЛЕН, — заключил ОН. — ПОСЛЕ СТОЛЬКИХ ЛЕТ. ЭТО БЫЛО БЫ УДИВИТЕЛЬНО. ТЫ ЗРЯ СКИДЫВАЕШЬ СЕБЯ СО СЧЕТОВ. И ВСЕ ЖЕ…
ОН сделал глубокомысленную паузу.
— НЕЛЬЗЯ ИМЕТЬ ВСЕ, ВЕЛИАЛ. ЧТОБЫ ЧТО-ТО ПОЛУЧИТЬ, ПРИДЕТСЯ ОТ ЧЕГО-ТО ОТКАЗАТЬСЯ. ЖЕРТВУЯ ЧЕМ-ТО, ТЫ ПОЙМЕШЬ В КОНЦЕ, КАКОВ БЫЛ ТВОЙ ДОЛГИЙ ПУТЬ, КОГДА ДОСТИГНЕШЬ ЦЕЛИ. ТЫ ХОЧЕШЬ ЗАБИРАТЬ И НЕ ВНОСИТЬ ПЛАТУ, НЕ ПОНИМАЕШЬ ГРАНИЦ СВОИХ АППЕТИТОВ И ТВОРИШЬ ВЕЩИ НЕ ПО МЕРЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ, ЛОМАЕШЬ ЖИЗНИ РАДИ СВОИХ АМБИЦИЙ И ЖЕЛАНИЙ. ВОЗОМНИЛ СЕБЯ ТЕМ, КЕМ НЕ ЯВЛЯЕШЬСЯ, ЗАИГРАЛСЯ С ВЛАСТЬЮ И СИЛОЙ, ДАРОВАННЫМИ ТЕБЕ НАМИ. ЕЩЕ УМУДРЯЕШЬСЯ ВИНИТЬ НАС В СВОИХ СОБСТВЕННЫХ НЕУДАЧАХ! В ПРИНЯТЫХ ТОБОЙ РЕШЕНИЯХ. ДОВОЛЬНО ДОЛГО Я НЕ ВМЕШИВАЛСЯ И НАБЛЮДАЛ СО СТОРОНЫ, ПЫТАЛСЯ ПОНЯТЬ, КАК ДАЛЕКО ТЫ МОЖЕШЬ ЗАЙТИ В СВОЕЙ ЛЖИ, МАНИПУЛЯЦИЯХ И ВЕРОЛОМСТВЕ. ТЫ ПРЕВЗОШЕЛ ВСЕ МОИ ОЖИДАНИЯ. ТЕПЕРЬ ЖЕ Я ВМЕШАЮСЬ, КАК ТЫ, ВПРОЧЕМ, И ХОТЕЛ, НЕ ТАК ЛИ?
— Меня не устраивает такой ответ. — Я попробовал встать, вернуться в Нижний мир, сбежать. Жалко. Верно? Пытаться улизнуть от пристального внимания Бога, даже тут я слишком самоуверен. Эль-Элион смотрел на мои попытки, грозные ругательства и тяжело вздыхал.
— ОТПРАВЛЯЙСЯ НА ПОИСКИ СМЫСЛА ЖИЗНИ. НАЙДИ ЕГО. ЗАСЛУЖИ СВОЕ МЕСТО В МИРЕ — И Я ДАРУЮ ТЕБЕ ИСКУПЛЕНИЕ.
— И ради этого я должен отказаться от Мелиссы?
— ПОЧЕМУ ТЕБЯ ЭТО УДИВЛЯЕТ? В ТВОЕМ ПЛАНЕ НИКОГДА ЕЕ НЕ БЫЛО.
— До недавнего времени, — поправил его.
— ЕСЛИ СУДЬБЕ БУДЕТ УГОДНО, ВЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО ВСТРЕТИТЕСЬ.
— Я должен довериться судьбе?
— ТЫ СТАВИЛ НА ФОРТУНУ УДАЧИ, — почти с улыбкой напомнил мне Создатель. — ЧЕМ СУДЬБА ХУЖЕ? Я ЧУЮ ТВОЙ СТРАХ. КТО БЫ МОГ ПОДУМАТЬ, ЧТО ВСЕСИЛЬНЫЙ ВЕЛИАЛ БОИТСЯ! КАК ТЕБЕ СМЕЕТСЯ СЕЙЧАС?
— Не до смеха, — огрызнулся.
— ЖАЛЬ, МНЕ ПО ДУШЕ ТВОЕ ЧУВСТВО ЮМОРА.
— Это мое наказание?
— КАК БУДЕТ УГОДНО. Я ЖЕ ДУМАЮ ОБ ЭТОМ, КАК О ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ ВАС ТРОИХ ЧТО-ТО ИЗМЕНИТЬ. ВЫ ДОСТИГЛИ ПАТОВОЙ ТОЧКИ, Я ДАРУЮ ТЕБЕ СПОСОБ ВЫБРАТЬСЯ И НАЧАТЬ С НУЛЯ.
— Ты просто оставляешь ее Люциферу! Ты всегда хотел, чтобы она была с ним!
— ИГРАЕШЬ В ШАХМАТЫ, ВЕЛИАЛ? — перескочил он с темы, и на его руке появился ферзь и король, а под нашими ногами шашечный пол, только не с квадратными слотами, а в форме гексагонов, чередующихся монохромным цветом.
— Редко, к чему это? Ты прекрасно знаешь ответ.
— ЛЮДИ ПРИДУМАЛИ ТАКОЙ ТЕРМИН «ЦУГЦВАНГ[1]». СЛЫШАЛ? ТЫ КАК РАЗ В ТАКОМ ПОЛОЖЕНИИ. У МЕЛИССЫ ВСЕГДА БЫЛА ВОЗМОЖНОСТЬ ВЫБОРА. ТЫ ЖЕ ВСЕ ПОТРАТИЛ, ОСТАЛСЯ ОДИН ХОД, И ТЕБЕ БУДЕТ ПОСТАВЛЕН «МАТ». МОЖЕШЬ ВЕРНУТЬСЯ, И ЖИЗНЬ ПОЛОЖИТ ТЕБЯ НА ЛОПАТКИ. ТЫ УНИЧТОЖИШЬ ЕЕ СВОЕЙ РЕВНОСТЬЮ, А ОНА СЛИШКОМ ЗАПУТАЛАСЬ В ТОМ, ГДЕ ЕЙ МЕСТО И С КЕМ.
Я задумался и не мог найти слова.
— ВЫБИРАЙ, ЧТО ЭТО БУДЕТ: ШАНС ИЛИ НАКАЗАНИЕ?
— Последняя возможность?
— БЛАГОРАЗУМНО.
— Постой, у меня один вопрос: кто такие Тяфики?
— ПОРАЗИТЕЛЬНО, ЧТО ТЫ ТАК И НЕ ПОНЯЛ.
Я молча считал ЕГО удивление и свел брови, озадачившись.
— ЭТО НЕ МОИХ РУК ТВОРЕНИЯ.
— Тогда?…
— ОНИ НИКОГО ТЕБЕ НЕ НАПОМИНАЮТ? — мученическое выражение пронеслось одной неуловимой тенью, коснувшейся его лица, тут же исчезнув и возвратив прежнее безмятежное спокойствие. — НЕБУС — ЭТО ОДИН БОЛЬШОЙ МОГИЛЬНИК. ЗАХОРОНЕНИЯ ТОГО, ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ ПОГИБШЕЙ И КАНУВШЕЙ ВО МРАК ВСЕЛЕННОЙ, ТОЙ ПЕРВОЙ, ЧТО ТЫ УНИЧТОЖИЛ.