— А мне кажется, тебе очень хочется пожестче, — он удивлял своим поведением, хотя я знала, что муж мог быть в постели просто невероятным любовником и дарил немыслимое наслаждение. — Отличные ягодицы, кстати. Я оценил.
Не успела ответить, как он закинул меня себе на плечо словно игрушку и отвесил смачный шлепок по моей округлой попе, а потом засмеялся и повалил меня на диван лицом вниз.
— Обопрись о спинку, встань на колени и выпрямись. Чуть прогнись, — посыпались указания. — Да, вот так и стой. А я порисую. Ты ж сама предложила.
Интересно. Он и правда собрался рисовать? Оборачиваться не стала. Закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям. Послышался шелест бумаги, плеск воды, а в следующее мгновение по моей спине пробежал прохладный наконечник кисти. Он рисовал. Прямо на мне: касался моей спины, позвоночника и поясницы. Периодически сжимал ягодицы, прикусывал кожу, лизал мою шею и очерчивал горячими ладонями контуры моего тела. Я сильнее возбуждалась от его прикосновений, изголодалась по нему.
— Достаточно нежно, дорогая жена? — прохрипел он, когда его я почувствовала теплый твердый мужской орган между моих ног, плавно скользящий и едва касающийся кожи. Машинально подалась к нему, практически просила и требовала. — Влажная… — Его проворные пальцы вошли внутрь меня и принялись нежно ласкать, надавливая на клитор и попеременно входя и выходя из моего лона.
— Что ты там нарисовал? — сквозь дымку тумана поинтересовалась я.
— Я еще не закончил. — Он отстранился и мазнул кистью не только по спине, но и по плечам, уводя линию к предплечьям и задней части локтя. Мне было так интересно, что он делает и рисует. И так хорошо, что безумно захотелось поцеловать его.
Я обернулась и потянулась к его лицу, но он хитроумно поймал мои ладони и вернул в прежнюю позу.
— Не двигайся. Кажется, у меня стало лучше с воображением, чем раньше. Это необычно… даже увлекательно…
Аир провел рукой по моему правому бедру и снова легонько шлепнул по попе. Я ахнула. Он коснулся моих волос, пробежал рукой по прядям и поцеловал шею, нет, подул, затем нежно прикусил, как ненасытный барс, а потом закончил рисунок на другой половине спины, не забывая о руках. Его ласки чередовались со взмахом кисточки, и я томилась в мучительном ожидании. Ужасно хотела коснуться его, хоть в порыве страсти, поцеловать его губы, но пока правила игры задавал он и не позволял мне двигаться.
Аиррэль схватил меня за отросшие пряди на затылке и, заставляя прогнуться, резко заполнил собой. Он вбивался в мое тело жестко и брал, но не давал. Не было от него эмоциональной отдачи. Аир выдерживал дистанцию в эмоциональном плане, контролировал каждое движение, рассчитывал так, будто планировал военные действия на карте. И я не понимала: почему? А знала Аира хорошо, чтобы ощутить разницу и почувствовать неладное.
— Аиррэль, прекрати.
— Что не так, женушка? Не нравится?
— Во-первых, не называй меня так. — Я развернулась к нему и оттолкнула. Это слово бесило меня до дрожи, и не было в нем ничего нежного, лишь насмешка, а я не клоун и не собиралась веселить его. — Во-вторых, что ты сейчас делаешь?
— Занимаюсь сексом, или это как-то иначе теперь называется среди людей? — Его самодовольная ухмылка мне не понравилась. Он просто собрался меня поиметь. Нет уж, спасибо. Попробуем иначе.
— Аир. — Я положила руки ему на грудь, нежно поднялась выше и обхватила его скулы. Он следил, не отталкивал. — Расслабься. Ты так напряжен, постоянно контролируешь все и командуешь. Отпусти поводья, позволь себе быть слабым. Хоть со мной.
Я заглянула в его глаза и положила ладонь ему на сердце.
— Неужели так важно быть со мной сильным?
— Почему я должен сделать исключение ради тебя?
— Потому что ты и сам это чувствуешь и хочешь иначе, но не позволяешь себе. Посмотри на меня, — я развела руками, не стесняясь и не скрываясь. — Могу я причинить тебе боль? Ты одолжение мне делаешь, что спишь со мной?
— Конечно, нет! Ты восхитительна.
— Тогда. — Я коснулась пальчиком его губ. — Поцелуй меня и прекрати быть неприступным айсбергом. Подпусти меня. Секс — это еще и форма доверия, так? Я же не просто девка, что ты видишь впервые в жизни. Мы знакомы не один день. И прекрати отрицать очевидное. Тебя ко мне тянет. Наш договор в силе, если боишься, что я передумаю.
Он призадумался, но не отодвинулся, когда я примкнула губами к его рту, провела языком по его сомкнутым напряженным губам, а потом почувствовала встречное движение и ответные ласки. Аиррэль обхватил мое лицо руками и целовал так, словно цеплялся за меня, как за воздух или за жизнь, и наконец расслабился, позволил эмоциям взять верх, захлестнуть нас. А когда он застонал от удовольствия, я поняла, что меня ждет невероятное воссоединение с мужем.