– Леночка! – воскликнула она и подставила щеку для поцелуя. – Как я рада тебя видеть! Все такая же красотка! А это Александра твоя? На тебя похожа, вылитая копия! Здравствуй, Сашенька!
– Здрасте, – буркнула Сашка, отводя взгляд. И с трудом сглотнула: горло начало пересыхать. – Вы, наверное, очень устали. Сейчас поедем домой. Мы с мамой приготовили ужин и постелили вам в комнате для гостей.
– Спасибо, – улыбнулась Марина. – Мы ничего не ели со вчерашнего вечера, и я умираю с голоду.
Сашку передернуло.
– Девчонки, такси! – послышался голос Ольги.
.....
Дома Сашка первым делом отправилась на кухню и выпила два стакана воды. С таблеткой от головной боли – на всякий случай. Потом открыла шкафчик и вытащила заначку – полпачки темного шоколада. Вкуса не почувствовала, но на какое-то время стало легче.
– Мам, во сколько у них завтра поезд? – спросила она.
– В шестнадцать сорок, – мама разогревала котлеты. – А с утра мы вместе погуляем по городу, посидим в кафе. Накрывай на стол, Сань.
«Восемнадцать часов, – отстраненно подумала Сашка. – Продержусь. Должна».
Она мельком глянула в зеркало – румянец исчез, под глазами залегли тени. Скулы слегка заострились.
– А вот и я! – на кухню, пританцовывая, зашла тетя Оля в мамином банном халате и с полотенцем на голове. – Ленка, а какой у тебя срок? А что врачи говорят? А муж кого ждет, мальчика или девочку? Санёк, ты хочешь братика или сестричку?
– Без разницы, – ответила Сашка. – Лишь бы здоровый был.
За ужином Ольга так же безостановочно сыпала вопросами, рассказывала о себе, вспоминала разные забавные случаи, шутила, смеялась и даже пыталась петь. Марина слушала, вежливо улыбаясь и опустив глаза в свой смартфон.
Сашке было страшно на нее смотреть.
– Мам, – вклинилась она в разговор, выждав, когда тетя Оля на мгновение замолчит, – можно мне комп? Почту проверить.
– Пятнадцать минут, – мама выглядела усталой. – А потом умываться и спать.
– Угу, – Сашка бросилась в гостиную. Включила отцовский компьютер, запустила браузер, открыла сайт «Городские новости». Раздел «Происшествия и криминал».
«Сегодня, в 22:10 в здании железнодорожного вокзала сотрудниками полиции были найдены следы жестокого избиения или убийства, однако пострадавших в залитом кровью помещении и на прилегающей территории обнаружено не было. Криминалисты пытаются установить…»
– Рано, – прошептала Сашка. – Не сегодня.
Она выключила компьютер и на цыпочках, прокралась к кухне.
– Хорошая у тебя Санька, – услышала она голос Ольги. – Не то что моя Даринка: скоро паспорт получать, а она все мультики смотрит да принцессу из себя строит. Избалованная до жути.
– Сашу тоже свекровь, Зоя Ивановна, баловала, – разоткровенничалась мама. – Души в ней не чаяла. И Санька ее очень любила. Два года назад баб Зоя умерла, и с того дня дочку как подменили. Она словно повзрослела на несколько лет. Такая серьезная стала. И вроде ничего не скрывает, но… иногда я ее понять не могу.
– Детей понимать не надо, – вздохнула Марина. – Их просто нужно любить.
– Воспитывать! – с напором сказала Ольга. И неожиданно раззевалась: – Ой, все, девчонки, пора спать. Завтра опять сумасшедший день.
Сашка нарочно громко прошлепала по коридору в ванную.
.....
Она жадно пила прямо из-под крана, а потом долго плескала себе в лицо холодной водой, стараясь унять разливающийся под кожей жар. Лицо, глянувшее на нее из зеркала, было бледным и заметно осунувшимся. Сила иссушала ее, выпивала изнутри, грозила опустошить без подпитки извне. Сашка знала цену, но сейчас безоговорочно готова была платить. Потому что маме нельзя волноваться.
Впереди ее ждала бессонная ночь.
Если ты стал Источником, спать нельзя. Особенно если подпитываешь сильное искажение – пространственное, временное, материальное. Как только уснешь, говорила баб Зоя, связь оборвется, материя, пространство и время вернутся к исходной точке, и, как в сказке, карета вновь станет тыквой, красавица – замарашкой, а тетя Марина…
Сашка уронила тяжелую голову на руки. Потом заставила себя встать, пойти в свою комнату и забраться в постель.
«Я выдержу. Я обязана. Ради мамы и малыша».
Она погасила свет, сунула наушники в уши и включила «Раммштайн».
.....
Где-то через час в комнату заглянула мама. Сашка зажмурилась и уткнулась носом в подушку.
– Сань, – шепотом спросила мама, – ты спишь?
– Угу, – машинально ответила Сашка. И поняла, что спалилась.
– Так и думала, – мама не рассердилась, подошла и погладила ее по голове. – Как же они меня заболтали, Сань! Особенно Олька. Я не то что выжатым – я себя сушеным лимоном чувствую. Наверное, отвыкла от таких энергичных друзей.