Эмилиан, до этого молчавший, нахмурился, и его голос прозвучал низко и решительно:
— Это значит одно… — произнёс он, как будто это были слова приговора. — Рой скрывает что-то большее. Возможно, это связано с тем, что произошло в Эдельвейсе.
Никс подняла голову, её лицо всё ещё искажено болью, но в глазах теперь горела решимость. Решимость, рождающаяся только тогда, когда больше нечего терять.
— Мы должны узнать правду, — прошептала она, её голос звучал твёрдо, как сталь. — Даже если это разрушит нас.
Тишина, повисшая после откровения Сайто, была тяжёлой, как тёмное покрывало. Никс сидела неподвижно, взгляд её был устремлён куда-то в пустоту. В её голове роились сотни вопросов, каждый из которых тянул за собой невыносимую тяжесть воспоминаний.
— Эдельвейс… — тихо проговорила Никс, будто произнесённое вслух это слово придавало ей сил. — Мы должны туда отправиться.
Эмилиан, не отрывая взгляда от неё, нахмурился.
— Никс, ты понимаешь, что это слишком рискованно? Вся столица должна держаться вместе. И если кто-то узнает, что ты уходишь, нас это ослабит.
Никс подняла на него взгляд, несмотря на боль, едва сдерживающуюся в глубине её глаз.
— Я не прошу разрешения. Я должна это сделать, — её голос был тих, но в нём чувствовалась неумолимая твёрдость. — Но это должно выглядеть как отпуск. Мы больше не можем никому доверять здесь, кроме вас, — Никс посмотрела на Эмилиана и Адриану, её взгляд словно просил молчаливого одобрения.
Адриана кивнула, её лицо оставалось напряжённым, но в глазах читалось понимание.
— Мы справимся здесь, — уверенно сказала она. — Ты заслужила отдых в глазах остальных. У нас будет версия о «стратегическом перерыве», чтобы город привык к новой динамике. Мы сделаем всё возможное, чтобы подозрений не возникло.
Эмилиан наклонился ближе, его лицо стало серьёзным.
— Никс, если вы не вернётесь, нам придётся действовать так, как будто мы ничего не знаем, чтобы удержать армию. Ты понимаешь, что рискуете не только собой?
— Мы понимаем, — прервал его Сайто, обменявшись взглядом с Никс. — Но у нас нет другого выхода. Если кто-то в столице стоит за этим, мы должны уйти незамеченными.
Эмилиан вздохнул, и его лицо на мгновение стало мягче, в глазах зажёгся отблеск сожаления.
— Тогда идите, — проговорил он, голос его был приглушённым, как будто каждое слово отдавалось у него в сердце. — Только не забывайте, что у нас будет ограниченное время.
Никс и Сайто собрались незаметно, стараясь вести себя так, будто действительно отправлялись на короткий перерыв после тяжёлых битв. В столице ходили слухи, что командование решило «позволить им передохнуть». Пару раз их остановили знакомые, желавшие удачи и скорейшего возвращения. Никс старательно улыбалась, кивая в ответ, хотя каждый такой разговор усиливал её напряжение.
Вечером перед отправлением, когда они укрылись в полузаброшенной части города, Сайто посмотрел на неё, заметив в её глазах ту самую решимость, которая сопровождала её с самого начала их пути.
— Ты когда-нибудь думала, что всё может повернуться так? — его голос был тихим, но в нём звучала тень горечи.
— Я не знаю, чего ожидала. Но точно не этого, — ответила Никс, глядя вдаль, где за горизонтом скрывался путь к Эдельвейсу. — То, что мы увидим там… может изменить всё, что мы знали о Рое. И… обо мне тоже.
Сайто мягко коснулся её плеча.
— Как бы это ни изменило нас, — сказал он, его голос был полон решимости, — мы пройдём через это вместе.
В тишине ночи, когда большинство жителей столицы уже отдыхали, Никс и Сайто выбрались за пределы города. Лишь несколько часов назад они покинули штаб, оставив позади своих товарищей и последние предостережения. Теперь дорога вела их к Эдельвейсу — месту, где началась их борьба и, возможно, кроется причина их страданий.
Выйдя за пределы города, они воспользовались старым, давно заброшенным транспортом — ржавым грузовиком, который когда-то был списан и превращён в тайный транспортный пункт, почти забытый в пустошах. Машина тряслась и громыхала, но двигалась достаточно быстро, чтобы покрыть расстояние за несколько часов.
В пути Сайто несколько раз ловил на себе взгляд Никс. Она казалась напряжённой, её мысли явно блуждали где-то далеко.
— Ты действительно готова к тому, что мы можем там найти? — наконец спросил он, когда они ехали по пыльной дороге, ведущей вглубь пустошей.
Никс посмотрела в окно, её взгляд стал отстранённым.
— Возможно, нет, — призналась она, её голос был мягким, почти уязвимым. — Но если Люси жива… если мы сможем найти её и понять, что происходит… всё остальное неважно.