— Сеятель, какая дальность у нашего с тобой канала связи? — ещё раз уточняю я один из самых главных моментов.
— Дальность ограничена прямой видимостью между автором и зондом, — отвечает тот.
— Ты уже можешь управлять зондом?
— Да.
— А рассчитать оптимальное местоположение зонда можешь, если я планирую передвигаться по земле? — спрашиваю я, косясь на далёкую вершину вулкана.
— Да.
— Ну так рассчитай! — усмехаюсь я, ведь мне теперь не нужно сидеть в разбитом корабле во время перезагрузки, а можно посидеть на склоне вулкана, продуваемом всеми ветрами.
Но запоздалая мысль стирает усмешку с лица — если он перезагрузится, то опять меня «забудет»!
— Стой! — отчаянно кричу я, вспугивая каких-то птиц, но уже поздно.
— Расчёт завершён, — докладывает сеятель.
— Да уж… Ну и что получилось? — я нервно хихикнул, представляя, как он предложит таскать зонд с собой.
— Оптимальное расположение — в прямой видимости от автора.
— Какой же ты предсказуемый в своём сарказме… — вздыхаю я и озвучиваю очевидный план «Б»: — Сделай, максимально компактное и мощное устройство связи и доставь его в эту же точку посредством зонда. Да, и ещё питательного раствора!
С интересом понаблюдал, как зонд беззвучно закрылся, так же беззвучно развернулся в воздухе и скрылся в дыре. При этом ни света, ни пламени — крайне фантастический двигатель, непонятного типа. С интересом потрогал оплавленные до состояния стекла края огромной штольни и цокнул языком — эти зонды практически идеальное оружие, если их прочность позволяет с лёгкостью проходить каменную породу.
И всё-таки хорошо, что это не искусственный разум со своим собственным мировоззрением, ведь тот мог запросто меня проигнорировать в момент падения, и это было бы чертовски грустно. Спасибо тебе, неизвестный конструктор, за рационализм и нежелание наделять машину инопланетной моралью. Хотя, более вероятно, что только людям присущи стремления творить всякое по своему образу и подобию, да мечты стать тем, по чьему образу и подобию они. Аминь…
Шататься по острову пока не решался. Из ютуба знаю, что тут есть больница, школа, две церквушки и полицейский участок, с целым одним полицейским, и он точно будет задавать неудобные вопросы. Лучше сперва заручиться поддержкой гражданских.
Я с кряхтением присел на большой кусок давно застывшей лавы и стал ждать зонд, размышляя о будущем.
Чем больше размышлял, тем бредовее казалась идея новой расы. И дело даже не в том, что это аморально и попахивает рабовладением, а скорее в эволюции.
Язык, культура, традиции… Это далеко не всё, что нужно для самоидентификации народа, но и на это требуются века, смена множества поколений. Нельзя же просто взять, и вложить память о предках в только что созданное существо! Или можно?
Наши человеческие учёные так и не нашли точного места хранения памяти, а вот сеятель свободно оперировал понятными мне терминами. Возможно, какая-нибудь опция психокоррекции тоже присутствует в списке удивительных возможностей инопланетного вундерваффе.
Ну а если и нет, то, в крайнем случае, мне придётся самому воспитывать ораву милых, кошко- или лисо- детишек, да даже маленьких «чужиков» — я пока не решил, что будет смотреться симпатичнее. Но вот моральная сторона вопроса…
А почему, собственно, нет? Человеки же выводят всякие странные породы собак. А я буду выводить странных человеков! Потому что право имею, и возможность, да. Ну и, признаюсь себе честно, всякое человекообразное, оно же антропоморфное, всё-таки привычнее…
Если договориться с местными, пообещать им каких-нибудь благ, то я без проблем получу официальные документы. Ну или можно свалить на соседний островок и жить там дикарями без прописки, собирать ракушки и менять их на…
А ни на что не менять! Сеятель может сделать всё, и даже больше. Построим деревню, будем разводить генетически модифицированных животных, а потом кто-нибудь приплывёт и офигеет. Мы, конечно, им навешаем люлей с помощью высокотехнологичного оружия, которым тут же заинтересуются все страны. А после этого попрут против нас всем скопом, ну или зажарят ядерными ракетами в конце концов…
— План говно! — вслух резюмировал я, наблюдая за беззвучно выползающим из земли зондом.