Ланге остался недовольным, но кивнул:
- Из Абвера так же сообщают… Вы знаете, где Сходня?
- Знаю. Километров пятнадцать от города. Там маленькое кладбище и церквушка при нем была…. Ее переделали в шашлычную.
- Вот именно – кладбище…. На кладбище полевая жандармерия нашла парашютный купол – он застрял на деревьях. Мои друзья предполагают засылку в город высококлассного разведчика.
- Вероятно, он не так уж и высококлассен, если не смог убрать купол и врезался в деревья. Я знаю те места. Там на двадцать километров кладбище – единственная роща.
- Согласно метеосводке, той ночью было облачно. То, что он влетел в рощу – лишь неудача. И просто удивительно, что он не поломал ноги.
- Все равно не пойму – а нам-то с того что за печаль. Сбросили разведчика – пусть его контрразведка и ловит. Или мы там будем подрабатывать на полставки, факультативно?
- А дело-то нам есть. Смотрите…
С ловкостью мага или карточного шулера, Ланге вытащил из воздуха сторублевую купюру.
Затем из-за отворота воротника Бойко извлек билет в десять оккупационных марок и добавил к ним другие десять марок – с атрибутами Рейхсбанка.
- Смотрите… - повторил он. - Рубли вам, конечно, знакомы. Немецкие марки запрещены к хождению на оккупированных территориях, но они все равно продаются на «черном рынке». Вместо них законопослушные граждане используются марки оккупационные, иначе кредитные билеты, которые, по большому счету, и деньгами не являются…. А вот скажите, что у них общего?.. Можете рассмотреть получше.
Бойко не стал даже притрагиваться.
- Они все фальшивые.
- Отлично! А как вы догадались?..
- На сгибе рубля вытерлась краска. Подделка среднего пошиба…
- Ну да, ну да… Фальшивка[1]. А вот еще экземпляр. Взгляните, - аккуратно извлек из портмоне новенькую хрустящую купюру.
Бойко аккуратно принял ее себе в руки. Осмотрел внимательно. Со всех сторон.
- Можно согнуть?..
Ланге кивнул. Бойко так и сделал. Согнул жестоко, ногтями скользнул по сгибу. Провел купюрой по щеке, понюхал ее. Кивнул.
- Это подделка либо очень высокого класса. Либо вовсе не подделка.
- Вот именно. Эти деньги самые, что ни на есть настоящие. Как известно, советские деньги на базаре продолжают ходить, хоть и не по прежнему курсу. Поэтому, когда присылают парашютиста, у них не болит голова, где брать рейхсмарки или фальшивые кредитные билеты. Выдают поддельные советские рубли. А если не хотят рисковать агентом – деньги только что из-под печатного пресса. Эта купюра была в ходу никак не больше трех дней. А скорей всего – еще меньше…
- К чему это вы все мне говорите.
Ланге задумался, но ненадолго.
- Это я к чему сказал…. И когда в следующий раз вы поймаете кого-то на базаре с фальшивыми деньгами, то знать не будете – преступник это или, как вы выражаетесь, патриот. Все смешалось: и преступник, и подпольщик использует одни и те же методы. И что характерно – с одними и теми же итогами. Ну что, решили что-то для себя?
- Решил, - кивнул Бойко.
- Что именно?..
- Я больше фальшивомонетчиков не ловлю.
Ланге махнул на него рукой почти зло:
- Да ну вас…
[1] Справедливости ради надо заметить, что в производстве фальшивых денег преуспела именно нацистская Германия. На высоком уровне этим занимались в «закрытых бараках»18 и 19 внутреннего лагеря Заксенхауза. Курировал этот процесс лично Гиммлер, именовалась она как операция «Бернгард».
Управа
У Бойко появился свой кабинет: неплохая комната на втором этаже, окнами на улицу. Стол, два стула, два шкафа – платяной и для бумаг.
Правда, за окном шумела совсем иная улица, нежели за окнами кабинета Ланге.
Да и «шумела» - громко сказано. Улица Спартака была хоть и центральной, но совсем тихой. Что интересно, ее, вероятно, не переименовывали со времени появления. Для основателей города Спартак был героем популярного романа. Большевики сочли Спартака борцом за права угнетенных, нацисты[1] – древним арием.
На этой улице, в бывшем здании дома-музея видного революционера, товарища Миронова, немцы открыли Управу.
Долгое время в здании имелось только два чиновника: бургомистром назначили профессора истории Аркадия Кирьякулова. Что касается Бойко, то тут подсуетился Ланге: узнав, что в Управе будет выделен пост начальника вспомогательной полиции, он вытребовал это место для Бойко.
С той поры Бойко совмещал две должности – в комендатуре являлся помощником Ланге, в Управе якобы возглавлял вспомогательную полицию. Первым своим распоряжением Владимир назначил своим заместителем Зотова, который этой полицией и руководил на самом деле.