мама, по чуть-чуть. Еда придала мне больше сил и
энергии. Я начала спать. Правда, всего каких-то по
четыре-пять часов в сутки и только со снотворным,
но ведь это только начало. Меня уже не шатало из
стороны в сторону от усталости. Это прогресс. Я
обязательно поправлюсь, я поставила себе эту цель и
добьюсь своего.
Конечно, понятно, что всё это и потому, что меня
никто не беспокоит. Все предложения подруг прийти
навестить меня я тут же пресекла. Касаемо Макса…
Он не звонил. И нельзя сказать, что меня это сильно
огорчает. Главной причиной моего нервного срыва стал
именно он. Ну и конечно, моя маниакальная тяга
к нему. Так что не подумайте, будто я виню во всём
его одного. Я тоже виновата, не меньше. Меня тянет
к Максу, и я, вместо того, чтобы бороться с собственной
потребностью в нём, удовлетворяю её. А потом сама же
за это получаю. Ну и кто я в итоге, если не идиотка?
И вроде бы всё так хорошо, и Макс не угрожает
моему спокойствию… Но Макс был бы не Максом, если
б не появился именно тогда, когда я практически пришла
в себя.
Я сижу на столе, болтаю ногами и жду, когда
закипит чайник. Раздаётся трель дверного звонка и я
морщусь. С некоторых пор я ненавижу этот звук.
Спрыгнув со стола, я иду открывать. На пороге стоит
Макс, собственной персоной. Вот только его мне
сейчас не хватало.
Я прохожу в квартиру, давая понять, чтобы он
заходил. Подхожу к стене и прижимаюсь к ней спиной.
Мне нужно быть как можно дальше от него.
- Лера сказала, что у тебя больничный. - Говорит
он. Я киваю. - Сказала, что у тебя сильное переутом-
ление. - Я вновь киваю. - И нервный срыв.
- И ты, значит, сразу прибежал? - тихо спрашиваю
я. В моём голосе нет ни яда, ни ехидства, ни
осуждения. Вообще ничего.
- Прибежал, - нисколько не смутившись, соглашается
Макс.
- Зачем?
- Волновался.
- Когда Леру трахал, не волновался.
Макс морщится, словно от боли. Хорошо.
- Ты меня сейчас осуждаешь за мои отношения с
Лерой, я правильно понимаю? - спрашивает он, наступая
на меня. О-о, да он разозлился. Так быстро.
- Нет, - качаю головой я.
- Это хорошо, потому что я встречаюсь с ней
только потому, что ты этого хотела.
- Да что ж вы вечно из меня виноватую делаете! -
срываюсь на крик я. Прежнего спокойствия как не бывало.
- Будто я тебя заставила, будто я Леру под тебя
специально положила!
- Нет, тут ты не причём, - покачал головой он. –
Это была её инициатива. И знаешь, на самом деле, мне
очень понравилось. Твоя подруга не промах.
Макс разрушает мою жизнь. Макс убивает меня.
Макс высасывает из меня жизнь, а я позволяю ему
это, потому что мне это нужно, потому что это, наверное,
единственное, что у меня может быть от него. Потому
что на самом деле я люблю его и ничего не могу с
этим поделать.
Но говорить мне подобные вещи я позволять не
собираюсь. И отвешиваю ему пощёчину.
Макс смотрит на меня чуть удивлённо, чуть…
одобрительно?
И целует меня. Со всей яростью, что сейчас,
верно, обуревает его. Прикусывает мои губы, грубо
вторгаясь языком в мой рот. И я не отталкиваю его,
как вроде бы должна, я отвечаю. Потому что это Макс,
а это я. И по-другому быть не может. Он отрывается
от меня и смотрит в глаза, внимательно испытующе.
- Я люблю тебя, - вдруг говорит он. - Я чертовски
тебя люблю. - Он говорит и смотрит на меня с
изумлением, будто не может понять, почему его так
сильно одолевают все эти чувства.
Я закрываю глаза и не могу понять - от боли,
или потому что наслаждаюсь его словами.
Макс вновь прижимается губами к моим губам. Но
на этот раз совсем иначе - осторожно, нежно, бережно.
Я прижимаюсь к нему, расслабляясь в его крепких
объятиях, забывая все свои недавние обещания перестать
контактировать с Максом, дабы не свихнуться, которые
дала самой себе.
Макс подхватывает меня на руки и несёт в мою
комнату, не переставая целовать.
Если говорить откровенно, я никогда в жизни не
задумывалась о том, какой должна быть потеря
девственности. Да у меня никогда и мысли об этом
не проскальзывало. Мне всегда казалось, что секс -
это что-то такое далёкое, размытое, ненужное. Но с
Максом… Если уж и судить, какой должна быть
идеальная потеря девственности, то, наверное, такой.
Сорок восемь
Просыпаюсь я уже ближе к вечеру. Тело приятно
ломит, но я чувствую себя… отдохнувшей. Полной сил.
Впервые за целый месяц. Мама что-то готовит на кухне,
бодрая, в приподнятом настроении.
Я сажусь на стул и смотрю на неё.
- Привет, - говорю, и почему-то это звучит как-то
робко.
- Привет, - весело отзывается она. Я закатываю глаза.
- Максим недавно ушёл.
Я удивлённо смотрю на неё.
- Серьёзно?
- Да. Он сказал, что приходил к тебе, а потом ты
уснула. Мы немного поболтали и он ушёл.
Звонит Вера и предлагает прийти. Я выспалась, у
меня более-менее хорошее настроение, поэтому я согла-
шаюсь.
Через полчаса она залетает в квартиру и первое,
что делает - это… обнимает меня. Не я одна свихнулась,
что ли?
- Привет, - говорит она, запыхавшаяся. - Как ты?
Я пожимаю плечами и кидаю нервный взгляд в
сторону кухни.
- Нормально. Пойдём.
Мы заходим в мою комнату и садимся на диван.
Я вкратце рассказываю Верке обо всём произошедшем -
о том, что случилось у Макса дома, о приходе Леры,
о моей истерике с последующим нервным срывом, о
том, что случилось сегодня…
- И как это было? - осторожно спрашивает она. Моя
голова покоится у неё на коленках и она успокаивающе
поглаживает её пальцами.
Я задумываюсь.
- Очень… ярко. И… - я с трудом подбираю нужное
слово: - странно.
Верка усмехается.
- Ты мастер.
- Я описываю, как могу.
- Было больно?
- Не очень.
- И… тебе понравилось?
- Я не знаю.
Она удивлённо смотрит на меня.
- Почему?
Я делаю паузу, пытаясь обличить хаотичные мысли в
слова.
- Ощущений слишком много. И они слишком…
необычные.
- Приятные?
- Больше, чем приятные, - шепчу я.
- Значит, понравилось.
Я пожимаю плечами. Ни черта я в этом не
разбираюсь и не могу судить.
- То есть, теперь вы с Максом вместе? - счастливо
улыбается Вера.
- Ты что, дура? - тут же осаживаю я её.
Улыбка пропадает.
- В смысле?
- Макс вообще-то с Лерой встречается.
- Но любит-то он тебя.
- Какая разница! Лера любит Макса и они встречаются.
Точка.
- Любит, ага! - ехидно восклицает Вера. Я изумлённо
пялюсь на неё. - Изменяет она ему! Сучка.
У меня невольно открывается рот.
- С кем?
- С Гошей! - И разревелась. Вдруг, ни с того ни
с сего. Истеричка.
- Откуда ты знаешь? - в отличие от Верки я
спокойна, как скала. Хотя признаться честно, я…
ошарашена.
- Я видела, как они целовались. А потом она
запрыгнула на его байк и они вместе куда-то укатили.
Вот сучка…
А Верка всё сидит и ревёт, не собираясь
останавливаться. Хорошо хоть к окну не бежит.
- Вер.
- Если ты хочешь сказать что-то циничное или
назвать меня «идиоткой», лучше молчи. - Хрипит она
сквозь слёзы.
- Да нет, - качаю головой я. - Хочу историю тебе
рассказать.
Мутным от слёз взглядом она смотрит на меня. Я
расцениваю это как согласие и начинаю:
- Моя бабушка умерла, когда мне было одиннадцать.
От рака. А мой дедушка… он умер через неделю после