Он снова приблизился к ней и в этот раз посмотрел своим жестким взглядом. Его синие глаза сейчас потеряли всякий цвет и смотрели на гостью беспросветной чернотой. Она не вздрогнула, не пошевелилась и даже не отвела своего взгляда. Брэнсон же схватил ее за подбородок и наклонился слишком близко, желая продолжать эти гляделки. Он словно хотел заглянуть ей в душу, чтобы увидеть какова она.
- Надеюсь, ты все еще помнишь, что я для тебя сделал? В конце концов, не прояви я милосердие, то ты бы сейчас не сидела здесь. Я был добр к тебе все время нашего знакомства. Поэтому, ты ведь не собираешься от меня что-либо утаивать, верно?
Дом медленно кивнула. Ричард тщательно наблюдал за ее реакцией, что была такой же, как и обычно. После чего отпустил подбородок, но не поспешил отойти. Напротив, он решил освежить все те события, которые привели ее в сегодняшний день.
- Помнишь, как ты пришла ко мне в ту ночь, после убийства МакУильямса? По факту, ты зарезала главу мафиозной группировки, настроила против себя весь город, каждый, кто бы узнал, что Джека сгубила какая-то там потаскуха, желал тебе смерти, но я взял твою вину на себя и замел все следы. Думаешь, что мне это ничего не стоило? Сколько было совершенно на меня покушений? Сколько говна мне пришлось пережить? И после всего этого, я еще и дал тебе вакантное местечко, удовлетворил все потребности…
Доминика резко поднялась с кресла и посмотрела на него сверкающим от обиды взглядом.
- Только не говори, что ты все это сделал ради меня? Ты ведь метил на его место, это удобно, что я убила МакУильямса своими руками. Тебе бы не удалось добраться до него, а тут я, как ты сказал, потаскуха, взяла и сделала то, чего ты не смог добиться все это время. Но какого черта, ты вдруг решил напомнить мое прошлое?
Ричард оскалился и фыркнул от всего этого напора дерзости. И будь на ее месте кто-то другой, то не обошлось бы без выбивания зубов, но он не стал трогать ее.
- Я просто хочу, чтобы ты села в свой дорогой автомобиль, налила отменный виски, сделала глоток, расслабилась и пока будешь ехать к себе в апартаменты, вспомнила о своем прошлом, о каждом прожитом в том притоне дне…. И чтобы в случае, если ты решишь предать меня, ты знала каким будет итог.
- Почему ты мне угрожаешь? Я еще ни разу не подвела тебя….
- Один раз, но ты помнишь, что было тогда. Сейчас мне бы не хотелось заставлять тебя страдать. Поэтому не забывай о своем месте. Ты моя собственность, ей была и ей же останешься, пока не решится вопрос с товаром. Не смей думать о предательстве. Если хотя бы рискнешь, то я сделаю твою жизнь невыносимой.
Доминика повернулась к нему спиной и поспешила к двери, но возле нее замерла и все же уточнила:
- Это все?
Ричард задумался, поглядел в ее сторону, будто бы хотел сказать что-то еще. Однако по какой-то причине, решил промолчать. Он позволил ей уйти. Доминика вышла из его офиса и медленно поплелась к лифту. Она понимала, откуда у него могли закрасться подозрения. Скорее всего, этот чертов Уилл, настроил его против нее. Эта была очевидная истина, ведь тот жирный придурок, ни за что не оставил в покое ее, после того, что случилось в клубе.
«Но вызывать меня посреди ночи, чтобы лишний раз ткнуть лицом в грязь, это бесит» - раздраженно подумала рыжая.
Лифт пискнул, извещая о своем прибытии. Она зашла в кабину и прислонилась к зеркалу. В голове все так же витали мысли о том, что на самом деле происходит. Но единственная верная из них – никому нельзя доверять, даже Ричарду.
«Слишком много странностей в этом деле. Сначала передает все мои обязанности Уиллу, потом пропадает товар, а обвиняют моих ребят, якобы они действовали по моему приказу. Такое чувство, что кто-то строит козни конкретно против меня. Что же, нужно будет отправить Брайана в Мексику. Пусть попробует все разузнать. Но Ричи об этом знать совсем не обязательно».
Лифт наконец-то доехал до первого этажа. Без промедлений она покинула офисное здание, ибо делать здесь больше все равно ничего. Усевшись в машину, за рулем которой, был все тот же верный Генри, она налила себе виски и сделала глоток. Как и предсказывал Брэнсон, Дом действительно задумалась о своем прошлом, которое лучше и не вспоминать.
Удавка сдавила горло. Воздух заканчивался в легких. Глаза налились слезами и от напряжения едва не выкатывались из-за век. Все тело буквально горело от удушья. Она не могла ничего сделать, даже закричать, ибо на этот крик никто не придет. Попав в это гнилое место, ей оставалось только терпеть все то, что происходило здесь каждый чудовищный день. Подстроившись под невыносимые условия, ее будто бы проверяли на прочность. И вот этот клиент, сумасшедший садист, буквально выжимал из тела жизнь. Доминика знала точно, если ее убьют, то ничего не случится. Никто не будет ее искать, а полиция даже не заведет дела. Тело скроют, а память о ней придадут забвению. Возможно, это был лучший выход? Только так и никак иначе можно было получить долгожданную свободу.