Она в последний раз бросила взгляд на красавчика вокалиста, который так сиял от света софита, что ослеплял этим свечением. Будто бы вокруг него распространялась неведомая аура и приковывала к себе все внимание. Текст песни и это исполнение, всколыхнули какие-то неведомые ранее чувства. Хотелось остаться и всю ночь буровить взглядом этого невероятного молодого парня, но дела, прежде всего. Ника усмехнулась и поспешила к себе в кабинет, прощаясь со звуками этой всепоглощающей музыки.
Кабинет находился на втором этаже. Стоило пройти через черную дверь, где надпись гласила: «вход только для персонала», после этого подняться по лестнице, пробраться сквозь узкий коридор, и можно было попасть в роскошный кабинет. Выполненный, в неподражаемом стиле классицизма, панели из красного дерева, неплохо сочетались с вычурными диванами с бархатной обивкой. У окна стоял огромный резной стол, за ним расположилось такое же громадное кресло в котором можно было утонуть.
Возле дверей в тесном пространстве коридора уже стояли ее лучшие телохранители. Стоило только завидеть начальника, как к ней подошел громила, почти в два раза выше ростом. Он молча протянул упаковку белых таблеток, что сразу упали в рот. С другой стороны, уже знакомый Брайан – мужчина с короткой стрижкой под горшок, притормозил ее возле двери.
- Босс, вы уверены?
- Бл*ть, Брайан, ты думаешь, что я сейчас дам заднюю, серьезно? Нет, я ни в чем не уверена, но вариантов у нас немного, так что идем, - фыркнула Доменика и поправила свой пиджак.
Ее подручный открыл дверь, хрупкая женская фигурка вошла в задымленное помещение. Оказавшись в своем родном кабинете, где она была и начальник, и царь, и даже почти Бог, Доменика оглядела присутствующих. Губы дрогнули в довольной, растянувшейся до самых ушей улыбке. Кабинет был битком забит отъявленными негодяями и преступниками. На одном из диванов, расположился начальник враждебной группировки – Уилл Абрамс. Он вел свои дела в Юго-Западном районе, соседствующим с Центральным. Громадный, толстый, с едва виднеющейся шеей, он походил на какого-то страшного поросенка переростка, не хватало только пяточка вместо носа. Мелкие темные глазки, сверкали в приглушенном свете. Рядом находились его лучшие громилы из банды, которые ни на шаг не отходили от своего начальника и смотрели на него с подобострастием. Однако все враждебные взгляды вдруг устремились лишь на хрупкую женщину и ее свиту.
«Что же, мне не привыкать к такому вниманию».
- Добрый вечер, господа, - она кивнула, приветствуя всех, и поспешила сесть в свое кресло.
Однако путь ей преградил один из крепко сложенных бандюганов из группировки Абрамса. Он положил руку на стол, не давая подойти к креслу. Брайан и Генри, что сопровождали своего босса, тут же схватились за пушки. В этот момент Ника подняла руку и посмотрела на своих парней.
- Не нужно, могу и постоять, - она встала в проеме между двух диванов. – Итак, что такого срочного произошло?
- Да ты, бл*дь издеваешься что ли?! Какого х*я?! – взорвался Абрамс.. – Товар исчез! 10 тонн отменного и качественного товара, пропали на границе между твоим бл*дским районом и моей территорией?! У меня есть все основания, думать, что это все твоих рук дело! Так что не строй из себя идиотку! Ты всего лишь дырка, решила подгадить мне! Это из-за того, что моим ребятам доверили это дело? Думала, что мы совсем идиоты?
- Я и до сих пор так думаю, - Веласкес пожала плечами.
- Что ты с*ка там вякнула?! Да я тебе прямо сейчас по кругу отправлю! Только еще раз что-нибудь рискни сказать, тупая с*ка!
Она закатила глаза, пока Уилл продолжал визжать словно резанный поросенок. Вместо того, чтобы слушать пустые речи, ее взгляд был направлен сквозь него. Информация о пропаже столь важного товара, поступила к ней раньше, чем этот придурок забил встречу. Поэтому никакого удивления его свинячий писк не вызвал. Вопрос возникал как раз в том, кто за всем этим стоит. Только по этой причине, она согласилась на встречу.
- Ты бл*дина, вообще меня слушаешь?! – Абрамс вскочил с дивана и схватил ее за плечи, принимаясь трясти.
Огромный телохранитель Генри, мгновенно встал между ними, не давая проявлять жестокость по отношению к ней. Однако сама Доменика остановила его и приказала отойти.