Холодные капли подали на кожу, от чего та покрывалась мурашками. Впервые длинное платье, что скрывало все достоинства под кружевной тканью. Она не привыкла к таким нарядам. Они казались слишком вычурными и ограничивающими, словно были созданы, чтобы подчеркнуть принадлежность к полу.
- Ты рано, — донесся знакомый глубокий голос.
- Скорее пунктуально, иначе застряла в пробках и совсем опоздала. Кстати, как обычный музыкант может позволить себе билеты в Мет? – Доминика повернулась к нему.
Сколько раз он терял дар речи о того, когда видел ее. И вот теперь настал тот момент, когда его муза и впрямь превратилась в мифическое существо из легенд древней Греции. В черном длинном платье, она напоминала благородную даму с нетронутой честью. Даже коснуться ее руки – уже преступление, не говоря уже ни о чем другом. Волосы, забранные в высокую прическу, будто бы подчеркивали принадлежность к высшему обществу.
Адам подошел ближе и поклонился. Сам он был одет в смокинг с элегантно повязанной бабочкой. Он взял чужую руку в свою, и поспешил в театр.
В фойе их встретили грандиозные фрески знаменитого художника Марка Шагала. Две огромных картины с такими вычурными персонажами смотрели на каждого, кто решил посетить храм Мельпомены. Эти двое не оказались исключением. Доминика не оценила внешний вид, великого художника. Эти картины показались ей какой-то детской мазней огромного размаха, не более того. А вот Адам, не был удивлен. Возникло стойкое ощущение, что этот молодой джентльмен завсегдатай такого рода заведений.
Адам, которого она знала ранее, под личиной рок-музыканта, что недавно стоял на помойных баках и тряс своей шевелюрой, сейчас представился совсем другим. Он был скромен, очарователен и производил впечатление глубокого интеллигента.
- А ты ничуть не удивлен атмосферкой? – наблюдательно заметила она.
- Я часто бывал в этом месте, — спокойно признался он. – Я не успел рассказать в прошлый раз, но моя мама – дива, она поет на сцене и собирает полные залы.
- Ах, вот откуда такая тяга к музыке и всякому старью, — Доминика цокнула языком.
- Классическая музыка это не старье, а бесценный дар человечеству, — благоразумно поправил Адам. – Но в целом, да, суть ты уловила. Моя мама с детства прививала мне любовь к театру и великим композиторам. Поэтому я стал учиться играть на фортепьяно, давал концерты и должен был стать пианистом. Но судьба сложилась иначе.
Она медленно кивнула, хотя на самом деле и без него знала всю биографию и подноготную о нем. Так уж вышло, что после того случая в отеле, Доминика решила перестраховаться, требовалось убедиться в том, что этот светловолосый ангел не является наемным убийцей. Тогда Брайан легко откопал на него все известные данные: где родился, чем занимался и прочее.
- Идем, скоро уже начнется, — поторопил Адам.
Красивая лестница с красным ковровым покрытием, привела прямиком на второй этаж, откуда они прошли в ложу. Невероятно огромный зал, в котором чувствуется вся мощь и грандиозность, поражал своими видами. Множество кресел окружало как сигнальные маячки, привлекая внимание своих гостей. Золотая люстра напоминала бенгальские огни, и висела над головами зрителей. Она выглядела столь огромной, что на ее фоне возникало странное чувство наполненности. А огромные кулисы, скрывали за собой все самое интересное до начала спектакля.
Они расположились на своих местах. Доминика положила клатч на колени и повернулась к спутнику. Он выглядел довольным собой и вместо того, чтобы глядеть на сцену, в ожидании актрис, все не сводил очей с нее.
- Чего уставился? – она легонько ударила его по щеке. – Лучше не в гляделки со мной играй, а расскажи, чего это за спектакль хоть?
- Оперетта. Я подумал, что к опере ты можешь быть не готова. Не каждый человек может столкнуться с искусством и остаться доволен первой встречей. Поэтому прикасаться к прекрасному всегда следует постепенно. Это как погружаться под воду, понимаешь? Принцип декомпрессии. Если слишком резко уйдешь на глубину, то тебе станет плохо. Нужно пройти адаптацию, чтобы все прошло успешно. Оперетта – это низший жанр, который пришел на смену сложным оперным партиям. Скорее, это больше похоже на мюзикл, с танцами, песнями и сюжетом.
- Типа как русалочка? – вдруг спросила она первое, что вспомнила из мюзиклов.
- Вроде того, — мягко улыбнулся Адам. – Вот держи, если захочешь рассмотреть кого-нибудь поближе, — он протянул ей бинокль.
Доминика не стала этому удивляться, лишь покрутила странный предмет в своих руках. Это был маленький и изящный театральный бинокль, в который вряд ли можно было увидеть что-то запредельное, но оценить гостей напротив было возможно.