Несмотря на огромную территорию империи и немалый административный аппарат, предложить каждой в роду соответствующую статусу должность было не в силах императрицы. А самые значимые посты, безусловно, доставались прямым потомкам Софии Великой. Остальные родственники довольствовались предложениями, удовлетворяющими далеко не всегда и не всех.
Пост главы СИБа могла занять только близкая родственница императрицы – родная сестра, тётя или, в крайнем случае, кто-то из двоюродной ветви. Опыт в таких делах вещь безусловно необходимая, но во главу угла при назначении на эту должность всегда ставились преданность и надёжность человека. Антонию с правящей императрицей Марией разделяло уже шесть поколений, и несмотря на связывающее их давнее родство, получить назначение на такую работу ей представлялось маловероятным стечением обстоятельств. Но судьба в очередной раз решила сыграть по-своему, и слепой жребий выпал таким образом, что, кроме неё, более опытной и при этом лояльной кандидатуры не оказалось.
Антонии повезло дважды – во-первых, у правящей императрицы Марии не было сестёр, а только два брата. Во-вторых, предыдущая глава службы, уходя на покой, в качестве преемницы подготовила весьма неоднозначную кандидатуру. Татьяна – двоюродная племянница императрицы, должная возглавить СИБ – помимо своего профессионализма в работе, славилась весьма необузданным характером в плане сексуальных предпочтений. А если точнее, то любила она мальчиков и девочек, предпочитая как можно моложе. Казалось бы, ничего страшного – все любят молодых и красивых. Вот только в её случае возраст постельных партнёров редко превышал четырнадцать лет, что в контрасте с сорокапятилетним возрастом самой Татьяны смотрелось слишком извращённо. Правда, до одного несчастливого для неё вечера про эту сторону её жизни знал очень ограниченный круг людей. И пока она пользовалась пусть и незаконными, но специализированными услугами интим-агентств – всё было хорошо. Но, когда при возвращении с какого-то банкета ей приглянулась гуляющая парочка подростков – всё пошло наперекосяк.
Прогуливающиеся брат и сестра оказались не простыми детьми. Охранница подростков, отлучившаяся на секунду, всё же успела увидеть, как детей заталкивают в машину, и, естественно, запомнить номер автомобиля. Влияния и связей их матери, состоящей в купеческом сословии, хватило на то, чтобы в течение получаса установить и узнать, кто забрал подростков. Несмотря на то, что дети отделались лёгким испугом, а купчиха после получила хорошую компенсацию, скандал разразился знатный, а пресса радостно стала мусолить тему об окончательном падении нравов в правящей династии. Всеобщая истерия длилась не очень долго, ибо, даже при свободе слова, поливать грязью окружение абсолютного монарха всё же чревато. Частные владельцы газет – проявив благоразумие – для горячего факта использовали не самые первые полосы свежих выпусков. Телевидение также уделило этому происшествию минимум эфирного времени. Но этого хватило с лихвой, чтобы граждане империи начали делиться мнением об этой новости. Все сайты мировой сети, различные форумы, причём не только имперские, задавались только одним вопросом: что будет делать императрица с такой родственницей?
Томить всех долгим ожиданием Мария I не стала. И буквально спустя пару недель незадачливая племянница получила распределение на Крайний север, на побережье Северного Ледовитого океана, не иначе как охладить свою излишне горячую кровь. Получилось как в перефразированной поговорке: «Из князи в грязи». Из потенциальной главы могущественной службы превратилась в реальную сотрудницу метеорологической станции, находящейся в семидесяти километрах от ближайшего посёлка. Поехала она туда не одна, а в сопровождении главы своей охраны, проявившей халатность и безразличие, не остановив свою подопечную в своём непотребном желании. Штатная численность персонала станции как раз и была два человека. Срок назначения, а правильнее сказать ссылки, составил десять лет без права пересмотра и с запретом покидать место высылки. Народ империи ещё долго язвил на эту тему, предлагая Татьяне использовать проведённое время с пользой и попытаться приручить белых медведей или тюленей для удовлетворения собственных сексуальных фантазий.
А спустя сутки Антония получила предложение, от которого нельзя было отказаться. Так она из начальницы отдела внешней разведки стала главой всей службы безопасности. Работа захватила её с головой, правда, ненадолго. Несмотря на благорасположение императрицы, Антонию не покидала мысль о том, что её назначение вынужденная мера и когда срок ссылки Татьяны закончится, её вернут на своё место. Десять лет пролетели как один, но с занимаемой должности её не попросили. А Татьяна, вместо возвращения в Москву, отправилась в Архангельск, возглавив местный филиал СИБа. Видно, слишком сильным и болезненным было разочарование императрицы в своей племяннице, не оправдавшей высочайшее доверие, что даже спустя долгий срок Татьяна не смогла получить полное прощение.
Антония осталась руководить СИБ, но, несмотря на высокий пост и, вроде бы, огромную власть, она оказалась связана множеством ограничений. А за всевозможные грехи подчинённых императрица лично спрашивала с неё и делала это весьма строго. Политический вес она приобрела серьёзный, но те крохи свободы, которые были у неё на должности начальницы отдела внешней разведки, теперь пропали окончательно. И ей стало грустно и немного обидно, что, несмотря на наличие в руках огромной власти, воспользоваться ей по своему разумению она не может. Если бы существовала малейшая возможность выйти из рода с сохранением статуса, она бы уже сделала это. Но когда у тебя фамилия Романова и княжеский титул, то большинство твоих усилий должны идти на благо огромной империи и приносить ей максимум пользы. Можно было открыть своё дело на стороне, но без финансовой поддержки своего рода и соответствующих согласований с главой рассчитывать на что-то серьёзное и значимое было нельзя. А те, у кого был накоплен необходимый капитал, всё равно вынуждены были оглядываться в своих действиях на решения совета клана.
Очень немногочисленные желающие, решившие по разным причинам вдруг выйти из большой семьи – лишались и титула и фамилии. Делалось это во избежание всевозможных эксцессов, дабы, если таковые произойдут, ничто не могло бросить тень на правящую династию. Некоторые из тех, кто всё же рискнул пойти своим путём, получив свободу в действиях, смогли занять достойную нишу в купеческом сословии. Но Антония считала такой размен неравнозначным, а для неё лично невозможным в принципе. Слишком много она знала клановых секретов, чтобы ей разрешили уйти в свободное плавание. А если бы такая возможность предоставилась, то лично ей хотелось сохранить свой титул и получить герб для нового свободного рода. Её семья за прошедшие века скопила достаточно драгоценностей, чтобы новообразованный род быстро встал на ноги. Ей мечталось, что новая фамилия Антонова будет хорошо звучать, а учитывая родословную, то выглядеть будет серьёзно и не теряться на фоне других старинных родов.
Но мечты оставались мечтами, и даже если предположить такое фантастическое допущение, то жизнь вне клана, и в том числе во главе свободного рода, будет всё равно ограничена многочисленными законами империи. Неоднократные попытки кланов поднять вопрос о предоставлении удельным землям большей самостоятельности в различных вопросах натыкались на холодное недоумение императрицы, отвечающей неизменно одинаково: «Сейчас не Средние века, когда каждый правитель в своих владениях мог устанавливать собственные правила и поступать, как ему заблагорассудится. Ваши земли – это ваш статус, но не более того, и до тех пор, пока я жива, на территории империи для всех будет действовать один закон и единый порядок.» В общем, если вдруг случится такое чудо, и она сможет выйти из рода, да ещё и с собственным гербом – что совсем уж невероятно – то всё равно будет ограничена в своих действиях и постоянно находиться под приглядом.
К раздражающим её факторам добавилась и наследная принцесса Ева. До недавнего момента такой должности, как куратор, просто не существовало. Когда было нужно, Антония отчитывалась перед императрицей, и если требовалось уточнение каких-либо вопросов, то проводила дополнительную работу. Принцесса добавила сумятицы в их службу, беспрестанно совала свой нос, куда заблагорассудится, и Антонии приходилось регулярно докладывать о своих действиях теперь ещё и Еве. Без лишних слов было понятно, зачем её высочество вдумчиво и скрупулёзно вникает во все вопросы. Готовится смена главы СИБ! Да, процесс не быстрый, и принцессе придётся устранить многие пробелы в знаниях, но рано или поздно это всё равно произойдёт, и Антонии придётся вернуться на прежнюю должность. Почему именно принцесса, было также ясно. Если всё пойдёт своим чередом, то на трон она взойдёт после своей матери только через тридцать-сорок лет, в течение которых вполне может руководить СИБ, а там и новая смена подрастёт. И знание этого весьма раздражало, а иногда просто бесило, заставляя Антонию мысленно браниться на правящую семью.