Эту мысль впоследствии он продолжил раскручивать и дальше, обратив внимание на тех, кто известен в наши дни. И довольно многое показалось ему странным. Сотни людей, от одного взгляда на которых Егору хотелось понять, как они там оказались. В какой-то момент ему и самому начало казаться, что он лишь узник тумана чьих-то грез, и вся его жизнь за бытовой рутиной, это всегда одинаковые, монотонные просматривания успеха других. Что есть он с его маленькой жизнью и какие-то люди, которые ничем не отличаются от других, но они почему-то известны. Егор гадал почему они знамениты. Каждая новая мысль покачивала его мир.
«Знаменитости… Звезды… Небесные тела…» - мысли Егора безумно кружились.
Телефон на столе завибрировал. Пришло сообщение от Дениса:
«Это невыносимо! Темнотой. Они улыбаются. Зачем?».
Мысли Егора вновь стали улетать.
«Знаменитости… Звезды… Орбиты… Вселенная…».
Вновь сообщение:
«Ненавижу. Их подписчики темнота. Это они темнота. Они улыбаются. Но зачем?».
Егор отвел взгляд от телефона и вновь начала проваливаться в безумный водоворот мыслей.
«Вселенная… Звезды… Галактики…».
Опять сообщение:
«Они пишут ужасную музыку. Но зачем? Почему они их любят. Кому они улыбаются? Зачем они улыбаются темнотой?».
«Звезды… Звезды… Звезды…».
«Мы поедем туда. Поехали с нами. Загадаем правильные желания. Я хочу все отменить. Слишком много темноты. А теперь у меня темнота вместо ног. Надо бы нарисовать себе ноги, не хочу темноту. Кажется там, где-то внизу звезды».
«Звезды летят… Звезды кружатся… Звезды падают…».
********
Киев. Вечер.
— Блин, сегодня такое яркое звездное небо! Никогда такого не видела. Как красиво… Смотри! Вон там! Видела?! Это звезда упала! Ты видела?!
— Да, видела. Загадай желание.
Всё всегда одинаково
Кажется, тогда за окном вагона была уже или еще ночь. Помню, что смотрел на стекло, которое выглядело как затертым, так и грязным. Тусклый желтый свет и два отраженных силуэта, напоминающие грязь. То были Игорь и Валера, двое моих коллег. Валера хоть и был возрастным Валерием Олеговичем, но терпеть не мог, когда ему «Вы-кали или называли по имени отчеству. Тридцатилетний Игорь вытянул его на беседу про страшные случаи из жизни, и Валера максимально скомкано тому рассказывал какую-то историю, начало которой я благополучно прослушал. Рассказчик из него был никакой, да и по себе он был из той категории людей, от которой подобного не ждешь. Если он что-то и рассказывал другим коллегам, то там непременно были ремни, карданы, тормозные колодки и прочая связанная с машинами хрень.
— И значит прихожу я домой после всего, только дверь открыл и с порога прям холод чувствую, как на улице. И это самое, в залу иду, а там окно открыто. И смотрю на улицу, а тамо прям следы на снегу через поле. Снег тогда был везде, и кто бы их натоптал?
Игорь прыснул со смеху.
— Погоди и всё? Это вся история? – продолжал смеяться Игорь.
— Ну да, ты ж просил историю из жизни, вот тебе и история. Я ж говорил, что у меня ничего не пропало, получается не воры! А кто тогда?
— Ты, наверное, просто забыл по пьяной голове хорошо все закрыть, а то, что следы – так их кто угодно мог оставить.
— Вот и я о том же.
Далее начался бесцельный спор, а я направился к своим вещам, чтобы взять термос и налить себе кофе. Именно там я наткнулся на задумчивого дядю Сашу.
— Дядь Саш, а вы чего молчите? Не хотите поделиться мистической историей из жизни? А то вон Валера с Игорем так и будут всю ночь друг другу байки травить.
— Не Миш, не хочу, - ответил он мне.
— Жаль, вы же и рассказать интересно умеете и…
— Да не в этом дело, ты ничего странного не заметил вокруг? – перебил он меня.
— Нет, - ответил я.
Тогда это для меня была еще самая обычная ночная смена.
— А я вот заметил… - сказал он и повернул голову в сторону окна.
Несколько мгновений он сидел неподвижно, а затем сложил ладони вокруг глаз прислонился к стеклу.
— Где мы, по-твоему, едем? – совершенно спокойным голосом спросил он.
— Не знаю, наверное, где-то за городом.
— Угу… угу… подойди глянь что там…
Дядя Саша не пытался меня как-то пугать, да и голос, которым он произносил все это был совершенно повседневный, но какой-то укол тревоги я испытал. Что-то было не так. Прислонившись к стеклу и сложив вокруг глаз «бинокль» из ладоней, я начал наблюдать. Ничего конкретного увидеть мне не удавалось, а дядя Саша тем временем продолжал задавать мне вопросы.