Сыпать дурными вопросами мне больше не хотелось, поэтому я продолжал слушать, изредка поглядывая в окно. То отражение долговязой фигуры так и оставалось на одном месте, и походило на далекое небесное тело.
— А что они делали, ну те, кто был до меня?
— Ничего. Обычно они ничего не знали, я слишком поздно все понимал и не успевал им рассказать. Не думал, что все это может быть реальным. Они сами будто спали и шли на встречу тому, что будет далее.
— Так, а почему вы так спокойны? Почему не предупреждаете Валеру и Игоря?
— Как бы тебе сказать… Понимаешь, здесь мы с Валерием Олеговичем и Игорем вроде как часть его мира, а те, кто попадают на твое место – чужие.
— Тогда почему «Гость» он, а не я?
— Хороший вопрос… знаешь он натолкнул меня на одну мысль… каждый раз все было одинаково, он приходил сюда и забирал тех, кто был на твоем месте, но что, если его попробовать обмануть? Перехитрить.
— Обмануть? Как?
— Вот смотри: мы с Игорем и Валерием Олеговичем здесь всегда, также тут есть вещи того, кто постоянно отсутствовал и кого я никак не могу вспомнить. Вместе с этим он приходит сюда каждый раз и забирает тех, кого здесь быть не должно. И вот у меня есть безумная мысль – может он не ищет кого-то конкретного? Может ему важно, чтоб все было каким-то конкретным одинаковым образом? Вдруг он забирает только тех, кого здесь быть не должно, так как они нарушают его порядок. Ведь меня, Валерия Олеговича и Игоря он не трогает. Может если он придет сюда, убедится, что все на своих местах, то тогда никто не исчезнет и все это раз и навсегда закончится?
— Вы предлагаете…
— Я предлагаю тебе пока не поздно взять эти вещи, надеть их и попытаться стать тем, кому они принадлежат. Поизображать его. Может у тебя получится и все обойдется. Возьми их. Там вон и обувь стоит, куртка в углу, наверняка в сумке найдутся и какие-то штаны. Просто надень их и посиди так со мной, а когда он появится здесь, сиди тихо и не обращай на него внимание. Я буду как обычно говорить, я хорошо помню, что я обычно говорю. Все происходит всегда одинаково. У каждого своя роль, возможно, именно этого ему не хватает.
Дядя Саша был максимально убедителен, но что-то в его словах вызывало во мне сомнения. Не знаю почему, но прикасаться к сложенным в углу вещам мне не хотелось. Выглядели они как-то отталкивающе.
— Может рассказать обо всем Игорю и Валере, убедить их помочь нам? Вы же не пробовали этого раньше, может это что-то изменит?
От моего вопроса окружающее пространство застыло. Мне показалось что я совершил нечто бесконечно неправильное. Вокруг нас что-то изменилось, и я пытался понять что.
— Валерий Олегович и Игорь спят, не буди их, - сказал жутковатым голосом дядя Саша.
Его ответ меня сильно насторожил. Валера и Игорь оживленно беседовали и их голоса звучали на весь вагон.
— Так, где они спят, вон же они как орут на весь вагон, - недоумевая проговорил я и повернулся.
От того что я увидел, меня чуть не вырвало. Валера и Игорь были мертвы. Куски их тел лежали в самом конце вагона, в сплошном кровавом месиве из конечностей и обломков вагонной мебели, а на все это, в мутном свете ламп, медленно падал снег. Часть вагона отсутствовала, была словно вырвана снаружи и поезд больше не двигался.
— Он уже здесь, скорее надевай вещи, все еще можно изменить, - быстрым шепотом говорил дядя Саша.
Сам он так и продолжал сидеть неподвижно, на своем месте.
Я не знал, что делать. Бросившись к вещам, я сбил сумку на пол и также впопыхах стал ее поднимать. Наклонившись за сумкой, я на секунду глянул в сторону дяди Саши и меня будто током прошибло. Судорожные попытки думать не давали результата. Все мои мысли в тот момент куда-то исчезли, и любые слова были лишними. Под столом у дяди Саши до пояса отсутствовали ноги . Он был вросшим в сиденье обрубком туловища. Сумка с вещами в моих руках была теплой и сочилась кровью. Из ботинок торчали оторванные ступни.
— Ложись с нами, нам всего одного человека не хватает…
Голос дяди Саши свистом выходил через пробитые легкие, вместе с каплями крови, что стекали по торчащей из него арматуре.
— Надевай ве-щи… по-ка… не… поз-дно…
В мои глаза ударил яркий свет и тут же мерзкий старушечий голос протянул на весь вагон:
— Чего стоим?! Ну скоро там поедем уже?!
Тут же ей в ответ, прозвучал другой, не менее раздраженный голос:
— Женщина! Не мешайте работать! Вы видели вообще, что творится на улице?!
Проснувшись, я еще несколько минут тупо моргал. Часы на телефоне показывали 21:30. За окном был настоящий буран и от валящего снега, где мы находимся было не разглядеть. Сбоку была какая-то маленькая станция и мигающий светом ларек. Поезд простоял так еще десять минут, а затем наконец тронулся. Все это время я думал про приснившийся мне сон. Про то насколько он был правдоподобным и неотвратимым.