- Да все равно через Еленовку ехать, напрямик же не получится, за две тысячи никто не повезет.
- А за сколько повезете? - спросила Надя. Смиряться она не хотела.
- А сколько у тебя есть? - усмехнулся высокий мужик и сдвинул шапку.
- Четыре тысячи шестьсот семьдесят рублей, - отчеканила Надя и посмотрела ему в глаза. - Пожалуйста.
- Нет, - покачал головой таксист. - Я.
- Сволочь, - тихо сказала Надя, не отводя глаз. - Сука ты. Сепарская.
Мужик отступил на шаг и помотал головой. Надя поняла, что. что нужно просто возвращаться домой, выхода не было. Ехать на автобусе в Донецк, оттуда пересаживаться на большой автобус, идущий по трассе на КПВВ... тяжело, муторно, долго. и все равно - надо. Надо.
- Подвези хоть до автовокзала, - сказала Надя, глядя прямо в лицо нестарого еще дядьки, где жалость быстро уступала место злобе. - Не хочешь в Волноваху - отвези хоть на вокзал, нахрена ж ты тут стоишь, а?
Мужик опять помотал головой. Надя терпеливо ждала, откуда-то взяв в себе новую порцию сил. Не вышло на такси - выйдет на автобусе. Все выйдет, лишь бы с Колей все было в порядке. Все выйдет. Непременно.
- Эххх. в кого ты такая метушная. Садись давай.
И мужик, еще раз посмотрев на Колю, направился к серому старому "форду-сиерре". Надя потянула сумки, переваливая их через наметенный сугроб, Коля споткнулся, упал на коленки и заплакал.Ох ты ж бля... - проворчал мужик, опять поправил шапку и подхватил чемоданы. - Шо ж за херня такая. Поехали. На заднее садись и малого пристегни.
Машина лениво двинулась, приминая потертой зимней резиной грязноватый снег, развернулась и, слегка пробуксовывая, доехала до Октябрьской, а там, через несколько кварталов, свернула на Островского. В машине было неожиданно тепло, и Надежда стянула с Коли шапку, наконец-то пристегнула его и попыталась пристегнуться сама. Водила не пристегивался, просто расстегнул куртку и бросил свою синюю шапку на торпеду. Старый форд натужно подвывал, теплый затхлый воздух машины смешивался с запахом бензина и тысяч выкуренных сигарет.
- Автовокзал налево, - сказала Надя, когда они проехали Полевую, и напряглась.
- Знаю, - кивнул мужик. - Не бойся. В Новотроицкое поедем, может, и пропустят. Штуку на кордоне этим. защитничкам отдашь. Может, и прокатит. Остальное - мне. Лады?
- Лады, - сказала Надя. - Конечно, лады.
БОЦМАН, он же Георгий. "Серый" террикон в "серой зоне".
- Я поссать схожу. - Жека отполз назад и встал на четвереньки. - И покурю нормально. Не скучай тут.
- Вот уж не собирался даже. - Боцман усмехнулся и отодвинулся от трубы, обхватив себя руками за плечи. Чччерт, не схватить бы простатит...
Мысли снова свернули на Валю, как и последние полтора года. Про Надю Георгий больше не думал - он уже мысленно вычеркнул ее из своей жизни, пусть живет как знает.
- Кстати, - пробурчал Жека уже от деревьев. - Тебе пока на подумать. Знаешь, какая зарплата у укропов будет с нового года?
- Какая? - Боцман обернулся, еще отодвинувшись от стволов поваленных берез.
- Семь штук гривнев и еще четыре боевых.
- Гривен, - снова поправил Боцман. - Это на наши. скока?
- Где-то тридцатка выходит.
- Скооооокаааа?
- Отож. А ты говоришь "не иди в ВСУ, не иди в ВСУ..."
- Херррасссе...
Боцман задумался, что бы он мог себе позволить на тридцать тысяч. Выходило. выходило немало, очень. Бля. Даже если получать боевые не за месяц, а за две недели. Георгий углубился в расчеты.
Если бы он в этот момент не считал чужие бабки, а смотрел бы в трубу, то увидел бы, что на украинском опорнике гряз-но-белый лендровер выдул из выхлопной клубы черный дым, сдал задом к опоре, и в него сноровисто полезли четверо вооруженных до зубов мужиков, каждый из которых держал в руках "муху".
АНАЛЬГИН, он же Ярослав. 300 метров севернее и 25 метров выше ВОП 72103.
- Малий кудись з'їбав, старий лежить, - произнес вслух Ярик.
Хьюстон не ответил - он и так видел это в свой ПСО-1, хотя и не так хорошо, как Ярик в прицел "Фагота". Рация молчала, минуты текли очень медленно, холод длинными тонкими пальцами пробирался через слои одежды, заставляя ежиться и напрягаться.
Хьюстон с Ляшко были земляками, жили в тридцати километрах друг от друга, вместе в один день попали в военкомат в пятой волне, потом - в Ровенскую учебку, сдружились почти сразу и с тех пор и не расставались. Хорошо, что повезло вместе попасть в сорок первый батальон и в одну роту. Хьюстон был большим, сильным, "на гражданке" зарабатывал тем, что копал колодцы и септики, зарывая бетонные кольца в грунт Винницкой области. Еще Хьюстон был вегетарианцем, что было крайне странно для сельского жителя, правда, при этом ел колбасу, утверждая, что в ней мяса нет. Ляшко в этом был склонен с ним согласиться.