- Хто, Скорпи? В армию забрали, - хохотнул Ваханыч. - На террикон полез, чинить.
- Террикон?
- Камеру. Не пашет же.
- Я думал - от холода. - Я поежился и вспомнил, что газ в баллон мы так и не заправили, значит треба кочегарить буржуйку на полную.
- Я тоже думал. Но Скорпи полез. Може, отогреет своей жаркой душой. - Ваханыч отвернулся. - А Вася в блиндаж пошел, Мастера искать.
- А, ну нехай. О, а де собака? - Я осмотрел окрестности буржуйки. Собаки по кличке Принцесса Догана не было, хотя обычно она валялась прямо под железным цилиндром, протянув длинные лапы поперек прохода. Кота тоже не было, но кот меня не интересовал.
- Талисмэн говорит, пошла искать де щениться. Так шо вы кунг поплотнее закрывайте, а то приведет вам там щенят - охереете.
- Там холодно и документация роты, которую тре доделать, - опять поежился я и грустно посмотрел на пустую поленницу. - Ни одна военная собака, если она хоть шо-то понимает в воинской службе, и близко к кунгу не подойдет. Не хочешь дров нарубить?
- Не, - зевнул Ваханыч. - Я ж в наряде. На камере.
- Так она ж не работает!
- Какая разница? Наряд есть наряд.
- Даааа, брат мой, быстро ты уловил суть службы... - протянул я и поплелся за топором. Вася из блиндажа так и не показался.
* * *
- Да они охренели! - хлопнул рукой начштаба, и складной столик зашатался. - Все, пизда хохлам. Не жилось им спокойно. Уууу, бля, я таких на службе, было дело.
Боцман незаметно потер ногу. Два мелких осколка застряли в голени, и врачиха в горбольничке их, конечно, вытянула, пока Георгий пытался не заорать, заодно соображая, как такие мелкие хреновины могут причинять столько боли.
Жека теперь лежал в морге. Боцман не помнил, как дотащил его до дороги, и там их увидели, конечно, и на "бэтэре" мигом домчали в город, и крови он не особенно-то и много потерял, по крайней мере, сейчас еще ходил, хотя новокаин уже отходил, и ногу начинало дергать. Ничего, до дому доберусь, в ванну залезу, Надька уже поможет.
- .короче будем работать конкретно по этому опорнику, - подытожил "эн-ша". - Но тихо. Парни сходят, вырежут их там к херам, да и вся забава. Кто там, мобилизованные селюки? Сорок первый батальон? Херня, короче, повезло им просто.
Чуть раньше Боцман, докладывая ротному, попросил телефон Жекиной жены, но тот отмахнулся, дескать, не твоя это задача, комбат сам позвонит и все расскажет, красиво, честь по чести. И Жеку похороним по-человечески, как бойца, короче, не парься, Боцман, все нормально будет, иди лечись, десять дней отпуска тебе.
- С миномета, я прикажу, расчет отработает прям сейчас, пять мин положат, чтобы им жизнь раем не казалась. Больше не можем, и так по восемь-два запаса почти нет, - закончил майор и встал. - Все, Георгий, иди отдыхай. И дежурного позови мне.
- Спасибо, Иван Ильич, - поблагодарил Георгий и вышел из большой комнаты на первом этаже особняка. Ну как, "вы-шел" - скорее, "выхромал", держась за стенки и пропуская шмыгающих по этажам людей.
Шатало. Ночь ведь в больнице провел, не выспался ни хрена, и сознание мутилось... но спать сейчас не получится. Пойти пожрать чего-то на кухню, если повара дадут, или сухпай дернуть, и к минометке сходить, посмотреть, как они отработают, а потом и спать.
Никто, конечно же, не позвонит Жекиной жене, как и не похоронят Жеку с почестями, но Боцман узнает это гораздо позже.
* * *
Смысл был такой - ты берешь старую покрышку от "Запора", еще летом ездившего, а теперь догнивающего за баней, и кладешь ее на колоду. Ставишь в нее вертикально куски напиленной акации, пока не заполнишь все внутреннее пространство. Потом подымаешь колун и начинаешь изо всех сил херачить по этим дровенякам, хэкая и потея. Через минуту получаются наколотые дрова. Хватаешь за покрышку, дрова в ней, кстати, держатся, и несешь к буржуйке. Там встряхиваешь - и вот тебе груда мелких дров. Потом повторяешь, пока не надоест.
Это Танцор с покрышкой придумал, от лени, шоб за каждой деревяшкой не нагибаться. Лайфхак, понимаешь. Не знаю, стоило ли для этого жертвовать целым "Запорожцем". ну да командиру видней.
Махание топором разогнало кровь по жилам, напомнило о том, что я еще не умывался, и вызвало обычный утренний кашель курильщика. Не, вот вернусь - точно брошу, к гадалке не ходи. Ага. Конечно.
Стелс нарисовался в стиле разведки - неслышно, сзади, неспешно дымя сигаретой и сунув руки в карманы.
- Теплеет, чуешь, - протянул он вместо приветствия и пнул покрышку. - Може, и растает.
- Скока щас? - Я с сомнением осмотрел криво наколотые дрова и решил, что для одного чайника этого хватит.
- Шестнадцать и растет. Таким хером к празднику вообще плюс будет.
- К шестому? Та ну, вряд ли. Шо вы там, нормально? В батальон долажували?