На самом деле этот процесс затягивает, мне самой становится интересно соответствовать такому образу настоящей женщины.
Семья для меня — это святое, но и профессия — неотъемлемая часть моей жизни. Влад это знает и прекрасно понимает, что я взрослый, вполне сформировавшийся человек и у меня есть свои правила, которые изменить невозможно.
Иногда я догадываюсь, что ему неприятна наша совместная работа с моим бывшим мужем Колей Тагриным. Но изменить ничего невозможно, и я благодарна Владу за понимание. Иногда он даже пытается мне помочь.
— Хочешь, я дам тебе денег на новый клип? — предложил он как-то.
Я отказалась. И не потому, что такая гордая, просто мне это действительно пока не нужно.
Иногда Влад говорит: «Ну, для Тани работа — это как хобби. К тому же и заработки не очень большие». Но мне кажется, он мною гордится и мое «хобби» ему безумно нравится.
— Я из-за тебя чуть не подрался, — как-то признался Влад. — Правда, это было давно, и тогда я даже представить не мог, что когда-нибудь мы будем вместе. В спортивном интернате мы с соседом по комнате спорили с пеной у рта, какую кассету поставить. Ему хотелось послушать «Коррозию металла», а мне — Таню Буланову.
К счастью, от Влада я никогда не слышала признаний, что «он вырос на моих песнях». Хотя меня бы это не огорчило.
Иногда на концертах меня объявляют: «Выступает Татьяна Радимова!» И это нисколько меня не коробит. Тем более что я действительно хочу поменять фамилию. Сейчас для этого не хватает одного документа, но, если найду, обязательно стану Радимовой. Влад очень этого хочет. Хотя и понимает, что после того, как я 38 лет была Татьяной Булановой, друзья и знакомые будут воспринимать меня в качестве Татьяны Радимовой с большим трудом. Однако такая перемена очень многое значит для Влада. А раз так, она значит не меньше и для меня.
После нашей свадьбы обо мне узнали футболисты. Даже те, кто раньше не обращал внимания на мои песни.
Моя мама приняла Влада сразу, у них очень хорошие отношения. Она заботится, чтобы он хорошо поел» старается приготовить что-нибудь вкусненькое — именно для него.
С его родителями мы общаемся реже, чем хотелось бы. Но подружиться уже успели. С отцом Влада познакомились давно, на футбольном матче. Л с мамой гораздо позже, когда дело уже шло к свадьбе.
Влад почему-то опасался, что нам будет трудно найти общий язык. Потому что с его первой женой у родителей отношения не сложились. Но опасения были напрасны, проблем у нас не возникло. Я считаю себя человеком достаточно гибким и понимающим, неконфликтным. Мама Влада, кстати, тоже.
В какой-то газетной статье после проигрыша «Зенита» Влада назвали Булановым. Моего мужа это взбесило, и он даже подрался с тем журналистом. Правда, вскоре они помирились.
В другой раз во время матча в Москве болельщики «Спартака» посвятили мне несколько грубых кричалок, которые скандировали на трибунах. Мой муж взвился.
— Влад, видишь, какая я популярная! — успокаивала я его. На самом деле меня эти кричалки даже не обидели. — Не обращай внимания.
Но Влад разозлился и нагрубил болельщикам. В результате фанаты «Спартака» добились, чего хотели: вывели из себя футболиста «Зенита».
Многие считают, что Влад — вспыльчивый и взрывной, а я — мягкая и спокойная. На самом деле я тоже могу взорваться. Просто никогда не стану делать это демонстративно, чтобы все видели. Я дождусь, пока мы останемся одни, закрою дверь и отчитаю так, что мало не покажется. Правда, потом быстро отхожу, успокаиваюсь и не держу ни на кого зла. А на публике сдерживаю свои эмоции. У Влада не получается, благодаря чему в прессе и сложился его имидж человека взрывного и импульсивного.
Когда у нас берут совместные интервью, я выполняю роль буфера. Если честно, то я, как и мой муж, не люблю фотографироваться. Особенно не люблю фотосессий для глянцевого журнала: это тяжелый, изнуряющий труд. Особенно если приходят к тебе домой. Но я понимаю, что это тоже часть моей работы. К тому же фотографы хотят, чтобы снимки получились красивыми. Проходит время, Влад начинает нервничать, настроение портится, и, вместо того чтобы улыбаться, глядишь, он уже хмурится. Приходится объяснять, что надо набраться терпения.