— Спасибо, — мама утёрла слёзы, глядя на Полину.
Она подошла к ней, села рядом на стул, взяла её за руку и крепко сжала…
— Живи долго и счастливо, дочь! — со слезами на глазах улыбнулась мама. — Раньше ты была нашей звёздочкой в одном огромном небе. Теперь мы станем твоими большими звёздами. Тебе нужно держаться! Держись, Полина! Держись за свою жизнь! Держись всеми силами! А мы тебе поможем.
Меня пронзило. Да так, что аж за сердце схватило. Вот почему мы забываем их имена!
Чтобы не видеть их будущего.
— Папа, — очень тихо сказал я, чтобы слышал лишь отец, — ты тоже видишь её судьбу?
— Вижу, сынок, — папа испуганно смотрел на сестру. — У неё впереди очень много испытаний. И даже не вижу исхода.
— Я дал обещание, — обречённо произнёс я, глядя, как мама читает ей колыбельную, — что буду оберегать родных девушки, которая вот-вот умрёт.
— Значит, ты не всё видел, сынок, — папа посмотрел на меня пустым взглядом. — Нам придётся оберегать новую семью Полины. А у неё она станет очень большой.
— Её удочеряют? — нервно засмеялся я.
— Не паясничай! — строго гаркнул папа. — Полина будет одной из тех, кто избавит этот мир от плохой корпорации, про которую толком никто и не знает.
— «Алавария», — медленно проговорил я. — Родные Альбины тоже в этом замешаны?
— Всё верно. Мы поможем им, сынок. Мы должны будем направлять их, даже если нас будут наказывать.
— И кто сказал, что мы обретём покой после смерти? — спросил я. — Тут ещё больше придётся работать.
Папа улыбнулся и приобнял меня за плечи. В голове появился образ взрослого мужчины, едва я подумал о новой большой семье Полины. Вот только встретит она его… очень скоро.
— Давай попрощаемся с Полиной, Игорь. Ты потом после мамы?
— Давай ты, па. Если так спокоен, то мне надо кое-куда отлучиться.
Я вышел из палаты и увидел мужика сестрёнки! Че за педофил! Я зажмурил глаза. Надо только представить…
Лёгкий ветерок коснулся моего лица. Я услышал вой собаки и, слегка испугавшись, открыл глаза. Передо мной был дом… Старый, но ухоженный. Я отворил калитку и зашёл в дом к будущему мужу моей сестры. Неужели его совесть совсем не будет мучить?! Ради денег развести малолетку…
— Ну, скоро ты? — из дома вышла девушка, ровесница моей сестры, в такой же школьной форме, что и в нашей школе… Я оглянулся, но не узнал это место. Впрочем, мы тут, наверное, никогда и не были. Скоро должен прозвенеть звонок!
— Уже иду, — пробурчал кто-то из дома. — Ты уверена, что хочешь поехать со мной в одной машине?
— Да, быстрее только! — недовольно ответила она. — А что делать? Рано или поздно все всё поймут!
Вот же ублюдок! Эту бедную девушку… Они уже живут вместе?!
— Кира! — из дома вышел он. — Не пойму, чего ты стесняешься. Будто со мной что-то не так.
Да б…, конечно, с тобой что-то не так! Любитель маленьких девочек!
— Папа, ну живее! — начала злиться она, глядя, как её ухажёр закрывает дверь на ключ. — Папа, ты совсем плохой родитель! Меня могут отчислить за опоздание, а тебя уволить! Опять придётся в городских школах мучиться.
Папа… Я выдохнул. Папа? Ему сколько?! На вид не больше тридцати…
— Ему тридцать пять, — рассмеялась позади меня Альбина. — Хорошо сохранился.
— Что ты тут делаешь? — удивился я.
— Он не извращенец, — сказала Альбина, — и я приняла свою смерть. Без раздумий… И меня отправили к одной девушке, — и тут она покраснела.
— Что такое? — спросил я, наблюдая, как будущий муж сестры и падчерица садятся в машину.
— К новой судьбе моего парня! — сказала она, красная как рак. — Но сейчас речь не об этом. Я почувствовала твои переживания и хочу тебя уверить, что он хороший человек. Они друг другу помогут в будущем, и это укрепит их отношения. Я возьму на себя её — девушка будет в большой опасности.
— Чёрт, куда она ввязывается? — обречённо произнёс я.
— Пошли, — сказала Альбина, — тебе надо с ней попрощаться.
Она взяла мою руку и зажмурила глаза. Я, взглянув на их дом, тоже зажмурился. Нашла, блин, бедняка… Сделаю всё, чтобы она выбрала молодого, нормального и обеспеченного человека. Накидаю ей лайков в Инстаграме от страниц хороших и богатых парней.