— Игорь, — ко мне подошёл молодой врач с забавной детской шапочкой, — можно тебя попросить?
— Да? — растерялся я, с опаской глядя на свою кошку. Не выгонит же он нас из-за неё?
— Не переживай, — сказал он, — Снежка может пройти с вами. Она тоже хочет ещё раз посмотреть на свою хозяйку.
— Мяу, — пропищала Снежка. Она, словно получив разрешение, спрыгнула с рук Катьки и потопала к палате сестры. Катька тоже направилась за ней, но все остальные остались ждать меня.
— В палате лежит пациентка… Она попала в беду. Вот-вот умрёт, но никак не хочет пройти через это. Не можешь с ней поговорить?
— О чём? — нахмурился я. — У неё ещё есть время, в отличие от меня.
— Она тянет его. Она может прожить ещё трое суток и умереть. А может прийти в себя на несколько минут и попрощаться с родными. Это не для неё нужно, а для её мужчины… Если она это сделает, то от сказанных слов будет зависеть, как сложится его жизнь.
— Почему именно я? — спросил вдруг, глядя на других присутствующих.
— Ты быстрее всех принял свою судьбу, сынок, — произнёс папа, — и не испугался смерти, когда она за тобой пришла.
Я взял за руку смерть. Позволил темноте захватить мой разум. Мама чуть ногти не обломала, когда я начал уходить, и поэтому у неё случился разрыв сердца. Папа потерял рассудок, утратив нас, и поэтому его голова пострадала… вылетела, как пробка. Я умер первым, потом мама, следом папа.
— Хорошо, постараюсь помочь, — кивнул я.
— Мы подождём тебя тут, Игорь, — сказала мама. — Не торопись. Помоги девушке.
Я направился следом за молодым врачом. Он был задумчив и шёл медленно.
— Девушку, — начал врач, — изнасиловали. Сломали руки и ноги, сильно избили. Бедняжку мучили несколько часов, прежде чем её спасли.
— Кошмар какой! — воскликнул я. — Неужели за ней никто не присматривал?!
— Её семья занималась плохими делами, Игорь, — печально признался врач, — и от них отвернулись. Обида была настолько сильной, что даже их невинных детей они не защищали… Даже не знали об их существовании. Теперь, — он посмотрел в окно, — они плачут. Их горе окутало город бесконечным дождём.
— Я был на похоронах матери своей подруги, — вспомнил я один из мрачных дней. — Мама подруги умерла второго августа — погода была очень солнечная и тёплая…
— Значит, она была очень хорошим человеком, — улыбнулся врач. — Ты про Розу?
— Да… Это были самые эмоциональные похороны в моей жизни! — признался я. — Никогда не видел, чтобы столько людей разом плакали.
— Да, она была очень хорошим человеком! — бодро сказал врач. — Сейчас является хранителем для своих дочек. Она часто приходит к нам и помогает маленьким детишкам, которым не повезло в их жизни. Ты с ней можешь даже увидеться через… семь дней.
— О! — покраснел я. — Именно она говорила, что я совсем не эмоциональный. Но на её похоронах я плакал наравне со всеми.
— Вот мы и пришли в палату.
Рядом на скамейке сидели двое молодых мужчин. Вид одного был потухшим, он смотрел куда-то вдаль… с мокрыми и покрасневшими от слёз глазами.
— Это её мужчина, — сказал врач, — ему надо помочь.
— Ему больно, — прошептал я, — невыносимо больно.
— Ты чувствуешь, да? — печально улыбнулся врач. — У тебя очень сильный дух! Жаль, что ты стал архитектором, а не врачом.
Я же подумал, что наоборот. Я бы не выдержал и дня тут в качестве врача.
— Он уже на грани безумия, — продолжил врач. — Её последние слова смогут поставить его на правильный путь. Он должен попросить прощения и быть прощённым за то, что не спас её.
— Мы спасём парня, — медленно проговорил я, — живого парня!
— Да, — улыбнулся врач, — я не хирург или окулист. Я психолог. Помогаю живым через умирающих. Ну, и самим умирающим.
Врач хотел было открыть дверь, но я его опередил и положил руки на плечо. Он серьёзно посмотрел на меня.
— А ты разговаривал с Полиной?