— Лили! Беги! — орёт Векс, и в его голосе звучит отчаяние. — Убирайся отсюда! Сейчас же!
Сырой ужас в его голосе вырывает меня из оцепенения. Мне не нужно повторять дважды. Я разворачиваюсь и бегу. Бегу так, будто от этого зависит моя жизнь. А если честно, скорее всего так и есть.
Последнее, что я вижу, это Векса, вырывающегося из хватки его пленителей, серебряные глаза пылают и злостью, и тревогой.
Я не смею оглянуться. Просто бегу дальше, а образ этих арк-жнецов и страх в глазах Векса выжигаются у меня в голове.
Моя мечта о романе со жнецом только что превратилась в полноценный кошмар. А теперь мне нужно понять, что именно сделал Векс, и как его спасти.
Потому что, несмотря ни на что, мне правда, по-настоящему дорог этот до абсурда красивый, нарушающий правила жнец Смерти.
Ладно. Глубокий вдох.
Только что я отлично проводила время с Вексом: мы болтали о прошлом, у меня порхали бабочки в животе, когда он протянул мне красивую белую маргаритку… а в следующую секунду всё полетело к чертям. Буквально.
Я собой не горжусь. Я сбежала. Сбежала ровно настолько, чтобы увидеть, как эти абсолютные уроды тащат его через поле, пиная и бурча, в сторону этой жуткой, заросшей лесополосы. А потом я сделала самое тупое, что только можно.
Мой мозг почему-то решил, что логика и самосохранение — это не обязательные функции. Так что я пошла за ними.
И что я вижу? Грёбаную магию, вот что. Дверь. Обычная деревянная дверь, самая нормальная на вид дверь, просто взяла и появилась посреди нигде. Как в каком-нибудь ситкоме, только вместо шутки это, видимо, портал в Подземный Мир.
Они протащили его внутрь, дверь начала мерцать, и голос, тоненький, настырный голосок, подозрительно похожий на мою совесть, орёт: не делай этого! Это же безумие!
Я игнорирую и принимаю идиотское решение. Я рвусь вперёд.
Едва успеваю. Меня накрывает странным тянущим ощущением, будто меня пылесосом засасывает в другое измерение, а затем… темнота. Не уютная темнота моей спальни с блэкаут-шторами. Эта тяжёлая, давящая, душераздирающая. Я моргаю, пытаясь привыкнуть. Постепенно из мрака начинают проступать очертания.
О. Мой. Бог.
Только не снова.
Башни. Рваные, чёрные башни, царапающие небо, которое, кстати, темнее земли. Жуткие здания с каким-то ненормальным количеством шпилей. Мёртвые деревья, их ветви когтями тянутся к туману, который висит в воздухе плотной пеленой. Туман, наверняка, из чистого отчаяния.
Это был Подземный Мир. Как будто выдранный прямо из хоррора, только, знаете ли, это по-настоящему. Я сглатываю, и в горле вдруг становится суше, чем в Сахаре.
Я официально самый тупой человек на планете. Он предупреждал меня не сметь делать это снова, а я вот она. А Векс… где-то здесь. И ему нужна помощь.
Понятия не имею, что делаю. У меня нет плана, нет оружия, нет здравого смысла, очевидно. Но я должна найти его. Должна вытащить его из этой задницы. Даже если это меня убьёт.
Для начала… в какую сторону вообще пошли эти арк-жнецы?
Я делаю медленные, осторожные шаги, осматриваясь. Всё вокруг какое-то тусклое и мёртвое. Неудивительно, что они такие депрессивные.
Я прижимаюсь к шершавой обсидиановой стене того, что можно было бы назвать зданием Подземного Мира. Честно, слово «здание» звучит слишком щедро. Точнее было бы: «кошмарная махина, слепленная из ночных ужасов».
Здесь всё кажется смертельно опасным: и воздух, густой от запаха гнили, и тревожная тишина, которая гудит низкой, угрожающей энергией.
Я выглядываю из-за угла, сердце колотится о рёбра. И тогда я вижу их. Арк-жнецы. Уф… Даже отсюда я чувствую электрическое потрескивание их присутствия, а их скелетные лица перекошены самодовольством. Они тащат кого-то, и, когда я подхожу ближе, вижу, что это Векс.
Они запихнули его туда, что выглядит до ужаса похоже на тюрьму. Паника сжимает мне желудок. Я не могу просто оставить его.
Я жду, спрятавшись за корявым мёртвым деревом, чьи ветви тянутся к небу, словно костлявые пальцы, пока арк-жнецы не выходят обратно, важно вышагивая, а их смех эхом разносится в давящем воздухе. И тогда я срываюсь с места.
Тюремная дверь со скрипом распахивается, издав стон, от которого по спине бегут мурашки. Внутри воздух ещё гуще и темнее, чем снаружи. Стены глухо-багровые, а единственный свет исходит от странных, едва светящихся рун, вырезанных в камне. Жутко до дрожи.