Найхонец повернулся к тем, кто успел в большей мере оценить мои способы защиты, чем он сам.
– Вижу… Они еще в здравом уме? – задал самый правильный в данной ситуации вопрос он.
– Нет, – немного заторможено покачала головой я. – Ни один. Пришлось погрузить их слишком глубоко, чтобы они могли долго сохранять разум.
– Жаль. Ну да ладно.
Когда мужчина развязывал меня, его пальцы казались горячими, как уголья. Очевидно, он уже успел поужинать, добираясь до места, где меня держали. И его пищей сегодня вполне могли стать «вольные». Охотников нам есть не рекомендуется, их кровь действует на вампиров как протухшее мясо на людей, но всегда ходили легенды о том, что для «шершней» охотники – лучшее блюдо.
После того, как ненавистные веревки были сняты, Мацунага поднял меня на ноги и отряхнул от пыли мою одежду. Эти его действия вызвали у меня удивление и сильное. Будь рядом со мной принц Алехандро, я бы могла ожидать, что мне помогут подняться, а то и вынесут на руках из подвала, но для Мацунаги Каору и то, что он сделал являлось верхом галантности.
– Как ты, Юки? – продолжил поражать меня найхонец. – Испугалась?
– Когда они меня схватили – я не успела ничего понять, поэтому не успела испугаться. А когда поняла, что они оставили мне глаза открытыми, повода для страха уже не было, – спокойно и даже почти расслабленно пояснила я. Оказалось безумно приятно продемонстрировать этому мужчине, что я далеко не так слаба и бесполезна, как ему могло казаться сперва.
– Извини, Юки, – еще раз попросил прощения «шершень». – Моя ошибка. У тебя могло бы и не быть шанса использовать свои способности для защиты.
– Извинения приняты, – церемонно кивнула я. – Впрочем, если бы у меня и действительно не было шанса… мне было бы уже все равно.
Найхонец кивнул. Выглядел он при этом на удивление задумчивым, будто решал какую-то невероятно сложную задачу.
– Идем, тут ловить уже нечего, троих я убил сам, троих довела до состояния растений ты. И все сопляки… Эх, если бы только быть уверенными, что их и было всего шестеро. Нам бы хотя бы одного живого и в здравом рассудке – тогда бы Санчо помог нам узнать всю подноготную.
Я тоже была немного расстроена, что наша охота не принесла столько пользы, сколько мы ожидали. С другой стороны, мы оба остались живы, так что жаловаться на невезение тоже грешно. Подвал вместе с тремя охотниками уже удручал меня чересчур сильно, и я, развернувшись, двинулась к выходу, слыша, что Мацунага последовал за мной. Каблук на правом туфле безбожно шатался… Белые, как снег, замшевые туфельки на тончайшей шпильке, подарок Марка на девяностую годовщину моего обращения, любимейшая пара. И теперь они безнадежно испорчены. Никогда бы не подумала, что мне принесет такое счастье понимание, что подарок брата пришел в полную негодность. Но сейчас я была именно счастлива, что порвалась еще одна ниточка, связывающая меня с моей семьей.
Оказалось, что держали меня в полуразрушенном доме за городом. Отсюда был прекрасно виден холм, на котором уже многие годы высилась резиденция клана де Ритер.
– Это еще недавно был мой дом, – указала я на особняк.
– И он так близко находится от логова «вольных»… – с кровожадной ухмылкой произнес «шершень». – Уже кое-что для Коронного совета.
Оставалось только вздохнуть. Мужчина был совершенной машиной убийства, но вот в тонкостях работы Коронного совета он, судя по всему, не понимал ничего. Совсем.
– Для Коронного совета такого доказательства не просто недостаточно. Он его даже не примет. И первым, кто выскажется против, будет принц Де Ла Фуэнте. Мы не можем руководствоваться одними лишь домыслами.
– Мы? – переспросил недоуменно он. – Все еще относишь себя к правителям кланов?
Мне почудилась ирония в его голосе. Что-то было в нем такое неуловимо-насмешливое… Но не злое, уже не злое. Если при первой встрече найхонец едва ли не причислил меня к личным врагам, то теперь я перешла в статус младшего, находящегося под опекой. Принцесса Клио де Ритер должна была возмутиться таким отношением. Но вот Клио, просто Клио, была благодарна… Абсурд.
– Я принцесса вплоть до смерти или отречения, – повторила я безо всякого выражения слова принца Алехандро. – А значит, и член Коронного совета. Тут у меня нет альтернативы.
Мацунага не ответил мне, лишь окинул взглядом. Да, чумазая, со встрепанными волосами, уставшая, сейчас я меньше всего напоминала гордую властительницу. Даже не хотелось думать, на кого я была похожа. Но почему-то он сказал:
– Истинная принцесса.
– Благодарю, – кивнула я с тем достоинством, которое еще сохранилось во мне.